И сердце холоднее мертвых звезд - Алекс Гор

Алекс Гор

И сердце холоднее мертвых звезд

«Я не думаю, что есть другое качество, столь необходимое для успеха любого рода, как настойчивость. Настойчивость может преодолеть всё, даже законы природы.»

Джон Рокфеллер.

Пролог. Разбитое сердце

Санкт-Петербург. 8 сентября 2016 года.

«Встать, суд идёт!», — раздался громкий и требовательный голос сотрудника службы исполнения наказаний, все находившиеся в помещении встали со своих мест и в зал суда степенно вошёл одетый в положенную по уставу черную мантию мужчина с традиционной папкой в руках.

Он уселся в кресло судьи и внимательным взглядом осмотрел зал, сегодня на этом заседании в зале суда было ограниченное количество людей, по просьбе стороны защиты, заседание было объявлено закрытым. После того, как он сел и попросил всех садиться, все расселись на свои места. В зале суда находились только двое обвиняемых, прокурор, адвокаты, родители обвиняемых и отец потерпевшей. Не молодой, крепко сложенный статный мужчина безучастно смотрел перед собой сгорбившись и опустив плечи, небольшая, сейчас растрепанная бородка, чуть тронутая сединой, массивные очки в роговой оправе и простой неброский костюм двойка серого цвета дополняли его образ.

Двое обвиняемых молодых парней находились в клетке для подсудимых, их лица были скрыты медицинскими масками, но в глазах, если внимательно присмотреться, можно было прочитать злое торжество. Они уже знали, что влиятельные родители занесли куда нужно и всё порешали, шалость, повлекшая за собой смерть нескольких человек, как всегда, сойдёт с их рук.

Судья осмотрел зал тяжёлым взглядом и встал, вместе с ним поднялись со своих мест все присутствующие.

Судья взял со стола папку и зачитал: — «Именем Российской Федерации, суд постановил, снять все обвинения с подсудимых за недостаточностью улик и неоспоримости их алиби. Подсудимых освободить в зале суда», — решение суда было зачитано, судья взял деревянный молоток и ударил им по стоящей на его столе подставке.

«Все свободны, освободите подсудимых», — добавил судья и сотрудник УИН загремел ключами, открывая клетку.

Парни в медицинских масках вышли из неё и направились к родителям, вместе с ними они весёлой гурьбой пошли на выход. Мужчина в сером костюме пристально посмотрел в глаза судьи, на его лице дрогнул всего один мускул в момент зачитывания приговора. Ни слова не говоря, мужчина развернулся и шаркающей походкой направился на выход из зала. Только что освобождённых подсудимых уже и след простыл, мужчина безучастно оглядел коридоры здания суда, кое-где в них сидели люди, ожидающие следующих заседаний, и медленной походкой направился на выход.

Кладбище.

Ещё совсем недавно вышедший из здания суда мужчина в сером костюме стоял на кладбище, его взгляд был направлен на две свежие могилы. Земля ещё не успела принять покойников и не осела, поэтому, вместо каменных надгробий стояли обыкновенные деревянные кресты. Место на кладбище было выкуплено заранее, словно человек предчувствовал, что оно может понадобиться. В пространстве, огороженном невысокой, еще не покрашенной, металлической оградой, осталось место ещё для одного креста.

«Простите меня, девочки, эти ублюдки вышли сухими из воды, но я обещаю Вам, что так просто они не отделаются. Я не успокоюсь, пока эти мрази не ответят за то, что они сделали. Ну, а потом уже, и я к вам приду. Спите спокойно, мои любимые», — мужчина прошёл за ограду и нежно погладил по очереди два креста, на одном было написано Светлана, а на втором Надежда.

Мужчина направился на выход из кладбища, выйдя за ворота, он остановился и повернулся к кладбищенской земле лицом, расстегнул ворот рубахи, нащупал под ней несколько амулетов, среди них был христианский крестик, полумесяц и какой-то языческий оберег. Собравшись с мыслями, мужчина сильно потянул и разорвал серебряную цепочку, на которой они висели уже много лет. Он раскрыл ладонь и посмотрел на то, что снял с себя.

«Что ж, видимо, настало время, — проговорил он, — я отрекаюсь от защиты! Снимаю все запоры и печати! Где ты, тот кто во мне? К тебе взываю и прошу помощи! Я пришёл к этому добровольно и не отступлю назад! Помоги мне, тот, кто внутри меня!», — мужчина швырнул амулеты в сторону кладбищенской стены и, развернувшись, направился к своему старенькому автомобилю, видавшему виды дизельному Opel Frontera.

Машина завелась, выпустив из себя клубы чёрного дыма, но потом автомобиль набрал обороты и равномерно заурчал, мужчина включил поворотник, посмотрел в зеркало заднего вида и вырулил на проезжую часть. Внутри него медленно просыпалась нечто, то, что он уже очень давно похоронил в себе, о чём практически забыл. Но вот, колесо судьбы провернулось и пришлось вспомнить.

Давно, очень давно, во времена своей юности, он впервые ощутил это. Ему приходилось каждый день ездить на автобусе для того, чтобы попасть в школу, да и до автобусной остановки путь был неблизкий, нужно было пройти около четырех километров до нее. Остановка находилась возле психиатрической лечебницы, куда свозили сумасшедших со всей области. Они с парнями не раз забирались за ограду, чтобы поболтать с сумасшедшими, передать им через решётку балкона несколько сигарет, иногда они даже подшучивали над больными людьми, собирали высушенный кизяк и забивали его вместо табака в сигарету, и потом ими угощали душевнобольных. В общем, веселились как могли, не особо заботясь об этике своих поступков, обычные ребятишки из российской глубинки.

И вот, в один прекрасный весенний день, он возвращался после уроков домой и вышел из автобуса как раз недалеко от этой самой больницы, но в момент, когда он спрыгивал с подножки на землю, с ним произошло нечто странное. Внезапно он ощутил себя другим, тело его чувствовалось совсем иначе, он ощущал, что его ноги изменились и гнутся сейчас совсем в другую сторону, ощущение великой силы переполняло его, казалось, что в этот момент он всемогущ, наваждение через несколько секунд пропало, но с тех пор, он начал замечать за собой некоторые странности. Во-первых, он стал жёстче, даже скорее жестоким, иногда он слышал внутри себя какой-то странный голос, понять который он не мог, это очень пугало. Голос что-то хотел, но чего конкретно, понять он не мог, через какое-то время он стал воспринимать его как своего ангела-хранителя, потому что несколько раз он чудом избегал смерти. Все, кто когда-либо его обижали, каким-то непостижимым образом за это расплачивались и причём очень жестоко, он даже назвал это — обратка. Этакий кармический бумеранг, ему даже не нужно было мстить,