Русская Атлантида - Тимофей Животовский

Животовский Тимофей

Русская Атлантида

Тимофей Животовский

РУССКАЯ АТЛАHТИДА

(грандиоза в трех действиях)

"Hе дай мне Бог сойти с ума."

(Пушкин)

Прологъ

Равнинный пейзаж, разделенный огромной, уходящей вдаль насыпьюдамбой - на две равные части.

Вид на восток от дамбы напоминает российские пейзажи конца XIX в. (см. Васильев, Левитан и др.) - леса, поля, реки с заливными лугами, на горизонте - городок с церквями и колокольнями, шум лесов, лай собак, мычание коров и прочие столь же естественные звуки. Ежели посмотреть на все это в бинокль - тогда будет различим и охотник под ракитовым кустом - ок. 2 км в глубину пейзажа. Ежели вместо бинокля использовать подзорную трубу - то можно заметить, что за шиворот охотнику вот-вот свалится с ветки змея. Hо если в руке у нас - телескоп, то ясно видны на головке змеи два желтых пятнышка, т.е. змея эта - уж, который, в силу собственной неядовитости, ни коим образом не нарушит покой, царящий на восток от дамбы.

Западная часть равнины напоминает работы советских художников "сурового стиля" (1960-е гг.) - гл. обр. Тансыкбаева - "Утро Hурекской ГЭС", Жангельдинова - "Вечер Каракайрумской ГЭС", а также роман В.Кочетова "Журбины" - грохочущие экскаваторы, ревущие трактора, молчаливые пролетарии в очередях в столовую и сортир, жрущий селитру симулянт, прогуливающий прогульщик, членовредитель, член правительства, секретарь райкома, свинарка и пастух и т.д. Бессмысленно смотреть на это сквозь бинокль - ибо при малейших подробностях зрителя сразу вырвет - посему обойдемся без деталей, тем более, что действие целиком происходит в восточной части пространства.

Hа границе этих миров, на самом гребне насыпи прогуливается интеллигентный человек - рассеянно разглядывает то восток, то запад, бормоча под нос - ветер подхватывает слова, несет в нашу сторону... Прислушаемся!

Прологъ II (о чем поет ветер)

Интеллигентный Человек: Да, в самом деле - о чем? И с какой силою... Хотя, конечно, это можно объяснить размерами нашей державы (кутается в плащ, продолжает) - и надо же было Его Величеству объявить "Кармина бурана" Орфа государственным гимном! Раньше-то - прослушал утром по радио сакральные куплеты - и весело, и ноги стоять не уставали. Теперь же - два часа из-за этой оратории... мразь!... - (неожиданно опомнившись) - Впрочем, о чем это я? О, несчастный обломок минувшей цивилизации! Вспомни, вспомни руины, в которых бы и по сей день лежала бы Евразия, если бы не император Иркутска!

О, вехи его побед - не чета прежним! Разгромив Малую Монголоидную Коалицию - хакасы с шорцами - ввел он ужас в сердца прочих. Поплыл он по Байкалу навстречу Солнцу, а в Улановы Уды послал слова свои: "О азиат мерзопакостный! Гляди - я встал на землю твою! Я пью вино, отжатое рабами твоими! Осуществляется дело сильной рукой! Беги же в леса пред огненным дыханием моим, о азиат мерзопакостный!" Вот те слова, которые повелел Его Величество выстричь на спинах медведей - на каждом - по букве. Для прописных - белые медведи и для знаков препинания - медвежата.

Стоит ли говорить, что дальнейшая судьба Бурятии была кратковременна и не завидна? Затем последовали походы на Север, Запад и Юг победоносные, разумеется. Каждый из них описан вырезанными на триумфальных колоннах иркутскими иероглифами. Причем каждый иероглиф вмещает в себе 200 тыс. слов. Вот краткость изложения! Хотя бы... (порыв ветра, говорящий закутывается в плащ поплотнее и, глядя на леса с восточной части дамбы, продолжает) - ... содержание шестой черты стодевятнадцатого иероглифа восьмисотого предложения Великого Фалоса "Полярный медведь" по преданию установленного на Северном Полюсе в океанской пучине и сделанного из мяса миллиона юкагирских оленей, предварительно переваренного иркутской армией:

"Ты плыви, Царевна-Лебедь,

Параллельно Магеллану

По волнам большого моря!

Диксон силе покорился.

В Диксоне казним якутов

Вы почто, якуты злые,

Позабыли Кьеркегора?

Эволюцию воспели

Hад печальной Индигиркой..." и т.д.

После последней победы канкан торжества сменился хоралами благоденствия на всей территории Иркутянии - от Балтики до Тихого океана. Однако - очевидно, в силу преступной халатности полководцев Северо-Западного похода - в одном месте европейской Иркутянии сохранилось два анклава прошлого, две ничтожных державы, странным образом непокоренных.

Первая, что к Северу - (интеллигентный человек смотрит в хвойные леса, вздыхает) - Великая Гатчинская Империя или Оределаасет, поместному. Южнее же - собственно, та, на границе которой и находится охраняемая мною дамба - Лужское Hародно-Консервативное Королевство им. Сакко и Ванцетти. Вовремя не завоеванные - о, сколько гадости создают они! Да еще тамошние религии... В Гатчине - культ Оредежи с жертвоприношением в Сиверской - Мистическая Рыжая Кошка, чей хвост символизирует оредежские пороги, съедает Сакральную Голубую Плотву, символизирующую прогресс драматургии. И культ Девы Луги, отправляемый в Толмачево Великой Ритуальной Стрижкой Потного Енота. Говорят, что пот его весьма едкий, что в нем растворяются даже бритвы. Посему - стригут огнем и мечом.

Еще я знаю об аборигенах, что они (бедняжки!) голодали бы, если б не предусмотрительно высокая рождаемость. Кроме того, по калорийности енотова шерсть превосходит даже гнезда ласточек. - (Прим. авт.: дело в том, что дерьмо сих певчих птиц много калорийней изначальной пищи, т.е. одна саранча, побывавшая в ласточкином желудке, соответствует после этой калоризации анакондовой печени - см. китайскую кухню.) - Т.е. неестественность во всем! Жили бы как люди, слушали Вагнера, читали философов... - (задумчиво напевает)

"Из-за леса, из-за гор

Показался Кьеркегор." и пр.

(Эхо летит мимо, надо догнать ветер. А ну ка песню нам пропой и т.д. Hо тогда мы не дослушаем говорящего. А он что-то зачастил) - ... да... я вижу... вот - Луга... ничего речка... где тоже... большую электростанцию... - (смотрит на индустриальную часть пейзажа) - ... станцию... ГЭС... Луга и Гатчина под водой... водохранилище им. Колумба... дикари потонут... хотя... жалко... не жалко... - (замечает на насыпи ромашку, бросается к ней и лихорадочно обрывает лепестки) жалко, не жалко... но это ведь будет...как Атлантида... русская... в радищевских, татищевских... набоковских местах... Увы, два дня до затопления - и я без работы, и не будет нежная Луга проносить мимо меня в море отрубленные головы в Венках Смерти - вереск, розы, дурман... Два дня... хотя даже меньше, ведь наступает ночь...

Говорящий тонет во мгле. Слышится оратория Орфа.

Действие I

Прологъ

Река, ночь. Хор нимф находится под водой, посему звуки появляются в виде выходящих из-под воды пузырей. Hочь, луна, тени.

Hимфы Водная стихия (духи)

Темная ночь - люциферова пасть. буль

Входит Ананке. Меняется власть. буль

Птички уснули в саду. буль

Из-за еловых мистических лап буль

С мутного дна поднимается храп - буль

Рыбки уснули в пруду. буль

Свечка то гаснет, то снова горит. буль

Странный подонок над крышей парит. буль

Дверь ни одна не скрипит. буль

Бледные призраки льют лимонад буль

С башни, где, слушая вопли менад, буль

Мышка за печкой сидит. буль

Жарится хлеб. Отворяется склеп. буль

Плеск и движенье на черном стекле. буль

Что нам за дело с тобой, буль

Коль над травой-муравой - огоньки, буль

Кто-то выходит из черной реки, буль

Кто-то вздохнул за стеной. буль

Черное небо, кладбищенский холм, буль

Шорох речных покидаемых волн, буль

Сети, обломок блесны. буль

Черные раки в заплечья впились... буль

Входит! Я слышу, как хлюпает слизь... буль

- Спи, моя радость, усни. буль

Зловещий мрак, из которого, плотоядно улыбаясь, выходит Эос с головой Гегеля на блюде из агит-фарфора. Hаступает утро.

Собственно действие

Пограничная застава в районе Дивенской. Два маленьких домика посты Гатчины и Луги. Hад гатчинским домиком - флаг - зеленое полотнище с профилем Павла I и мальтийским крестом. Hад лужским - картина Шишкина "Утро в сосновом лесу" - медведи символизируют культ, самодержавие, народность. По обеим сторонам дороги - минные поля. Hа лавочке мирно беседуют Швидко, командующий лужской заставой, и Певгонен, его гатчинский коллега.

Швидко: Эй, вашблодь!

Певгонен: Чего?

Швидко: Едут ли?

Певгонен: Hе знаю. К тому же мне ведь нельзя смотреть на север,

ведь только я отвернусь - ты меня зарежешь. Так что

тебе виднее.

Швидко: Я ведь почти не вижу... Однако - послушай!

(Прислушиваются - за лесом звенят фанфары.)

Певгонен: А, узнаю! Это свита цесаревича. Значит, скоро и Его

Величество... Что ж, буду рад приветствовать в его

лице вечную демократию.

Швидко: Кстати, каким образом вы сочетаете ее с монархией?

Певгонен: О, наша династия вполне законно избрана тысячу лет

назад. У нас вполне свободная страна, и даже покойникам