Города Северо-восточной Руси XIV-XV веков - Анатолий Сахаров

ВВЕДЕНИЕ

Изучение истории северо-восточных русских городов XIV–XV вв. имеет большое значение для выяснения предпосылок и условий образования централизованного государства в России. К сожалению, этот вопрос еще слабо изучен, хотя внимание ему в исторической литературе уделяется уже давно. Очевидная неудовлетворительность разрешения вопроса о характере и значении городов дворянской и буржуазной историографией должна быть объяснена не только состоянием источников, но прежде всего методологическим направлением исследований, несмотря на ряд верных наблюдений и ценных конкретных данных, имеющихся в старой литературе. Сама проблема города в историческом развитии России возникла как предмет специального исследования лишь в середине XIX в., хотя отдельные интересные мысли по этому вопросу были высказаны еще В. Н. Татищевым и М. В. Ломоносовым. При рассмотрении истории городов многих исследователей интересовал преимущественно вопрос о судьбах вечевого строя.

Так, Н. М. Карамзин останавливал внимание своих читателей на городах лишь в связи с полным, по его мнению, исчезновением вечевого строя в северо-восточных русских городах XIV–XV вв. Он объяснял это монголо-татарским вторжением и считал, что «совершилось при Моголах легко и тихо, чего не сделал ни Ярослав Великий, ни Андрей Боголюбский, ни Всеволод III: в Владимире и везде, кроме Новагорода и Пскова, умолк вечевый колокол… Сие отличие и право городов древних уже не было достоянием новых». Другие аспекты истории городов оказались за пределами интересов Карамзина, и это объясняется в первую очередь самим подходом дворянской историографии к изучению истории, которая рассматривалась прежде всего как история монархической власти. Именно в этой связи Карамзин и сделал отмеченное наблюдение над судьбами вечевого строя, рассматривая его исчезновение как фактор, благоприятствовавший усилению самодержавной власти, и стремясь обосновать свой тезис о том, что «Москва обязана своим величием ханам».

Значительно шире осветил различные вопросы, связанные с развитием городов, С. М. Соловьев. В его «Истории России с древнейших времен» приведены данные о ремесле, торговле, городском быте. Однако в целом значение городов в истории XIV–XV вв. Соловьев связывал также лишь с судьбами вечевого строя. Как и Карамзин, Соловьев отметил исчезновение вечевого строя в Северо-Восточной Руси: «Города Северо-Восточной Руси в описываемое время представляются нам с другим значением, чем какое видели мы у городов древней, Юго-Западной Руси. Усобицы между князьями продолжаются по-прежнему, но города не принимают в них участия, как прежде, их голоса не слышно; ни один князь не собирает веча для объявления городовому народонаселению о походе или о каком-нибудь другом важном деле, ни один князь не уряживается ни о чем с горожанами». Падение роли веча Соловьев не связывал с монголо-татарским вторжением. Он объяснял отличие роли городов Северо-Восточной и Юго-Западной Руси различными условиями общественного развития в этих районах, но сами эти условия видел в первую очередь в особенностях географического местоположения.

Развитие капитализма в России в середине и второй половине XIX века привело к возрастанию интереса к истории городов в исторической науке. Стали появляться специальные работы, посвященные исследованию развития городов в России. В этих работах основное внимание сосредоточивалось, как правило, на изучении правовых отношений в городах.

А. П. Пригара, автор специального исследования о истории русских горожан заметил, что никаких отличий в правовом положении городского и сельского населения XIV–XV вв. найти невозможно. Это привело его к печальному заключению о северо-восточных городах: они, по его мнению, «до царей Московских были не более, как огороженные села». Другой автор, Н. Хлебников, тоже отрицал развитие городской жизни в Северо-Восточной Руси и считал, что до XV в. города имели по преимуществу лишь военное значение и не являлись торгово-промышленными центрами. Еще более решительно высказался в этом направлении И. И. Дитятин, автор специальной работы о городах. Он писал: «В сущности, история нашего города есть ничто иное, как история регламентации, преобразований торгово-промышленного городского населения со стороны верховной власти. Ход этих преобразований определяется воззрениями, какие верховная власть имела на государственные интересы». И еще: «Со времени завоевания татарами, а в особенности начиная с XIV столетия, времени зарождения Московского государства, положение дел изменяется и город теряет всякое значение. Едва ли кто решится утверждать, что русский город, начиная с этого времени, играл какую-либо активную роль в истории развития самого государства. Отрицая положительную роль нашего города в развитии политического строя, я не думаю, однако, отрицать его, если можно так выразиться, отрицательное значение в нашей истории, наоборот, это его значение по своим результатам весьма велико».

Иначе подошел к оценке городов автор специального исследования о Северо-Восточной Руси Д. Корсаков. Он отметил, что в XIII–XV вв. в Северо-Восточной Руси город и деревня представляли собой различные явления. «Город в XIII–XV веках является уже не в первоначальном своем значении огороженного места, а в значении земского, княжеского, административного и военного центра». Д. Корсаков собрал и уточнил большой фактический материал относительно городов Ростово-Суздальской земли, но не учитывал значения городов в экономическом развитии Северо-Восточной Руси.

Различные типы русских городов пытался определить A. П. Щапов. Высказав интересную мысль о том, что наиболее естественным процессом возникновения городов было их «саморазвитие… из сел, из слобод, вследствие свободного торга и промысла», А. П. Щапов, однако, относил эту закономерность лишь к «вольно-народным», «земско-вечевым» городам, типичным представителем которых он считал Новгород. Северо-восточные русские города А. П. Щапов рассматривал как «льготно-вотчинные», выросшие из княжеских вотчин при помощи льгот, предоставлявшихся населению княжеской властью.

Таким образом, схема А. П. Щапова вела к представлению о некоторой искусственности возникновения северовосточных городов, об отсутствии внутренней экономической основы городского развития Северо-Восточной Руси.

В. О. Ключевский считал, что «в Суздальской Руси XIII и XIV вв. иссякли источники, из которых прежде старший волостной город почерпал свою экономическую и политическую силу», и что города в Северо-Восточной Руси вышли «из строя активных сил общества». Тем самым B. О. Ключевский отрицал сколько-нибудь значительную роль северо-восточных городов в историческом процессе.

Тезис об искусственности русских городов настойчиво доказывал П. Н. Милюков. Он писал: «Русский город, как мы могли уже заметить по медленному развитию русской торгово-промышленной жизни, не был естественным продуктом внутреннего экономического развития страны. За единичными исключениями, русский город возникал не из скопления в одном месте населения, занятого промыслами и торговлею… Раньше, чем город стал нужен населению, он понадобился правительству… Русский город был, прежде всего, правительственным и военным центром… Итак, государственная потребность в городах как средоточиях управления и военной обороны с древности и до нашего времени опережала естественное развитие городской жизни. Городское население приходилось создавать насильно».

Мало чем отличалась позиция Н. А. Рожкова в этом вопросе: «При полном почти отсутствии торговли и городской промышленности население городов по существу не отличалось от сельского, занималось в главной массе своей также земледелием, и было вообще малочисленным». Объясняя неразвитость городского веча в Северо-Восточной Руси, Н. А. Рожков пришел к крайней точке зрения о «ничтожном значении городских промыслов и торговли» и о том, что «города в области Волги и Оки были не торговыми и промышленными центрами, а временными убежищами на случай военных нападений». Н. А. Рожков считал Московскую Русь «деревенской» и отрицал возможность существования там развитых городов.

В конце XIX и начале XX в. появилось немало работ, посвященных истории отдельных городов и княжеств, в которых содержались иногда отдельные наблюдения над экономическим развитием городов (например, работа В. С. Борзаковского об истории Тверского княжества, работы краеведов А. С. Гациского о Нижнем Новгороде, А. А. Титова о городах Поволжья и другие). Но в этих работах основное внимание направлялось на выяснение фактов политической истории, а общая схема построений обычно вытекала из установок «государственной» школы. Не случайно поэтому значение определяющего фактора в развитии городов придавалось политике княжеской власти.