По следу каравана - Сергей Зверев

Сергей Зверев

По следу каравана 

Глава 1 

...Откуда-то со стороны соседней горной гряды, начинающейся за долиной, хаотически загроможденной угловатыми каменными глыбами и торчащими меж них острыми клыками остатков древних скал, рассыпая частое эхо, раздалась автоматная очередь. Судя по тому, как совсем рядом просвистело несколько пуль, одна из которых, отрикошетив от каменной стены крутого горного склона, с противным визгом унеслась куда-то прочь, можно было не сомневаться: огонь велся прицельно, и лишь достаточно большое расстояние не позволило стрелку зацепить кого-то из спецназовцев.

При первых же звуках выстрелов двенадцать человек в камуфляже, навьюченные оружием и вещмешками, повалились на каменную твердь плоскогорья, усыпанную валунами и мелким камнем, которые миллионы лет назад были единым монолитом, созданным природой. Возглавляющий группу своих спецназовцев майор ВДВ Андрей Лавров, он же Батяня, осторожно осмотрел из-за серо-коричневой глыбы, похожей на коренной зуб великана, которая и укрыла его от роя пуль, пространство между зубчатыми пиками, венчающими гряду. Ничего не заметив в той стороне, он окликнул десантников, залегших кто где в момент непонятно чьей атаки:

– Все целы?

– Все! Все! – послышалось с разных сторон.

– Пока не высовываемся, изучаем обстановку, – доставая бинокль, распорядился Лавров.

Приближенное оптикой место, откуда, предположительно, и хлестнула очередь, выглядело совершенно безлюдным, и было совершенно непонятно – кто и почему в них стрелял. Андрей знал точно, что в радиусе ближайших пятидесяти верст нет ни одного таджикского кишлака. Так на кого же они наткнулись? На браконьеров? На боевиков из антиправительственных группировок? Или это был караван наркоторговцев?

Еще раз внимательно осмотрев всю гряду, в которую и упиралось плоскогорье, где им пришлось залечь, он заметил силуэт какого-то человека, мелькнувший в просвете между скалами. Скорее всего, стрелявший покинул огневую позицию и побежал догонять своих.

Пригнувшись, Лавров двинулся вперед, держа на изготовку автомат, снятый с предохранителя. Никто не стрелял. Оглянувшись, он негромко скомандовал:

– Короткими перебежками – за мной!

Изготовив оружие к ведению огня, парни двинулись следом, быстро перемещаясь от валуна к валуну. Дистанцию в несколько сот метров они преодолели за пять минут. Бесшумно обойдя стороной предполагаемую огневую точку неизвестного агрессора, вскоре Андрей заметил что-то, мелькнувшее меж двух огромных плоских глыб, сложенных «домиком». Стало ясно, что в засаде было двое. Один отвлек на себя внимание и изобразил бегство, а второй, оставленный в качестве смертника, должен был устроить мясорубку, прямым огнем срезав спецназовцев. Скорее всего, их заметили несколько раньше, чем произошла только что состоявшаяся стычка, и чужаки, распознав в незнакомцах неазиатской наружности явную для себя угрозу, решили с ними на всякий случай разделаться.

Быстро оценив ситуацию, Андрей решил отплатить чужакам той же монетой, пойдя на хитрость. По его команде Виктор Кашин, пригнувшись, поднялся вверх по склону и на пару мгновений поднялся на камень, после чего стремглав спрятался. У смертника, судя по всему, не выдержали нервы, и он, неосторожно высунувшись из своего укрытия, прошил очередью каменистый склон.

Лавров тут же вскинул автомат, но выстрелить не успел. Оборвав очередь, смертник почему-то рухнул навзничь и сразу же затих. Когда Андрей, маскируясь за камнями, приблизился к нему, тот без признаков жизни лежал на острых обломках камня. Из его шеи, точно под основанием черепа, торчал десантный нож.

– Чей? – спросил Лавров, оглянувшись на подошедших со всех сторон спецназовцев.

– Мой, товарищ майор... – выдергивая острие ножа, засевшее между костями, сказал старший сержант Хромин, чуть брезгливо наморщив нос. – Очень уж удачно он нарисовался.

– Это с какого же расстояния ты метнул? Метров с двадцати? Силен!.. – одобрил Андрей.

– Стараюсь... – вытирая лезвие об одежду убитого, сдержанно откликнулся тот.

Спецназовцы, уже не таясь, обошли всю прилегающую территорию, и вскоре Лавров стоял у камня, рядом с которым валялись десятка полтора стреляных гильз. С первого же взгляда было ясно, что стрелявший в их сторону вооружен «семьдесят четвертым» «АК», калибра пять сорок пять...

Еще раз взвесив все «за» и «против», Лавров сделал однозначный вывод – это караван с наркотой. Боевики, до сей поры конфронтирующие с центральной властью, для чего их подпитывали оружием и всячески поддерживали афганские талибы, локализовались в основном в Горном Бадахшане и в западную часть Таджикистана наведывались нечасто. Да и что им делать на совершенно безлюдной территории? Браконьерам тут тоже особо делать было нечего. Эти больше тяготеют к долинам, богатым всякой живностью. Например, к заповеднику Тигровая Балка или Даштиджумскому. К тому же автоматами браконьеры пользуются довольно редко.

А вот наркоторговцы... Эти транзитеры «белой смерти», которую они любыми путями стремятся распространять из Афганистана по всему миру, с голыми руками отправиться «путешествовать» по горам и долинам Гиссаро-Алая никогда не рискнут. Как и по другим территориям, по которым перемещаются и пешие «верблюды» с вьюками отравы на собственном горбу, и погонщики вьючных ишаков, даже не подозревающих, какое зло везут на себе их натруженные, выносливые спины.

Судя по всему, спецназовцы случайно пересеклись с пешими «верблюдами», тащившими в рюкзаках по полтора-два пуда пакетов с героином – обычная норма для таких транзитеров. И те, как видно, приняли их или за сотрудников здешней службы, призванной бороться с распространением наркотиков, или за здешнюю же отмороженную голоту, вознамерившуюся отбить хотя бы часть груза, чтобы потом реализовать его уже самостоятельно.

– Что будем делать, товарищ майор? – Старший сержант Иван Хромин выжидающе посмотрел на Батяню. – Идем дальше по своему маршруту или...

– Или... – коротко ответил Андрей, еще раз через бинокль оглядев близлежащие горные склоны. – Думаю, это – «верблюды», которые наверняка именно к нам домой, в Россию, потащили всякую дрянь. И мы этого допустить не должны. Сто тысяч за год убитых наркотой – это, я думаю, уж слишком. Мы идем за ними! Задача – настигнуть и уничтожить. Средства – любые. За мной!

Ускоренным шагом он двинулся вверх по горному склону, направляясь в ту сторону, где им был замечен стрелявший. Один за другим парни двинулись следом за своим Батяней...

Услышав пронзительный, заунывный клич муэдзина, Андрей Лавров открыл глаза и некоторое время лежал не двигаясь. Он слушал арабские слова, побуждавшие правоверных идти в мечеть на утренний намаз, и пытался вспомнить приснившееся ему ночью. Но память упорно не желала извлекать из своих тайников те образы, которые привиделись в сновидениях. А что вообще могло присниться в первую ночь пребывания на чужой, азиатской земле?

...Вчера он с отделением спецназовцев прибыл сюда, на российскую военную базу в таджикском городе Кулябе. После довольно-таки длительного перелета на военном транспортнике до Душанбе, обосновавшегося у южных предгорий Гиссарского хребта, и изматывающего, почти четырехчасового путешествия по извилистому серпантину горных дорог уснуть можно было и на голом кирпиче. А если учесть смену климата и часовых поясов, потребность в отдыхе возрастала в разы...

Когда самолет, вылетевший из относительно теплого Подмосковья, приземлился в аэропорту таджикской столицы, Андрей, спускаясь по аппарели, почувствовал дыхание теплого, в чем-то даже знойного ветерка, совсем как в России летней порой. Здесь как будто и не чувствовалась поздняя осень, словно и не должна была очень скоро начаться календарная зима. Прямо с территории аэропорта, над которым развевался красно-бело-зеленый флаг, их увезла пассажирская «Газель». Для Лаврова, который ползимы и начало весны провел в соседней Киргизии, многое из мелькавшего за окном было не в диковину.

Он смотрел на все те же постсоветские ландшафты, разбавленные исторической спецификой, «новострои» под старину, щедро приправленные здешним национальным архитектурным колоритом. Они мчались мимо и навороченных вилл, и стандартных пятиэтажек. Не так уж и редко где-то в отдалении мелькали совсем убогие глинобитные лачуги. То, что Таджикистан – территория вовсе не равнинная, было ясно с первой же минуты прибытия. Куда ни глянь, со всех сторон виднелись или буровато-зеленоватые, или темно-серые, с примесью самых разных цветов, горы и скалы, иные из которых были увенчаны снеговыми шапками.

Когда «Газель» выехала за пределы последних пригородов Душанбе, одной из самых высокогорных столиц мира, даже издалека виднелись взбирающиеся на горные склоны кварталы многоэтажек, немалая часть которых смотрелась на вполне современном дизайнерском уровне. А микроавтобус продолжал бежать по серпантину горных дорог, выписывая самые невероятные виражи как в горизонтальной, так и в вертикальной плоскостях. Он то почти вертикально, с натугой шел в гору, то, словно отрабатывая «змейку» на учебном автодроме, летел куда-то вниз, из-за чего в ушах без конца образовывались не очень приятные по ощущениям воздушные пробки.