Проблемы узурпатора (СИ) - Кузнецова Дарья Андреевна

Дарья Кузнецова

Проблемы узурпатора

ПРОЛОГ. Боевая задача

Гостиная когда-то была хороша и уютна. Оставалась бы такой и сейчас, если бы не ощущение запустения, которое буквально пропитало стены и от которого потускнели светло-зелёные обои, крепкая мебель казалась унылой и рассохшейся, а люстра над головой светила вполсилы – артефакты в ней были на грани истощения.

   Восемь мужчин в чёрных мундирах, которые собрались здесь, казались в такой атмосфере зловещими призраками. Хотя золотые аксельбанты, эполеты и пуговицы никуда не делись, но блистать они были готовы в других интерьерах, а не за пустым столом, лишённым скатерти несколько лет назад.

   Сидели вокруг стола кто как. Кто-то вольно развалился на удобном стуле с подлокотнкиами, кто-то тяжело опирался локтями на стол, кто-то сидел с прямой спиной и печатью спокойствия на лице. Но в воздухе отчётливо ощущалась нервозность: все прекрасно понимали, что повод для встречи невесёлый, пусть мало кто знал его точно.

   Хозяин дома знал. Генерал Рауль Браво де Кастильо единственный не сидел у стола, а стоял, облокачиваясь на спинку стула. Самый молодой из всех, он тем не менее заслужил уважение товарищей личной доблестью, поразительным чутьём и умением быстро принимать сложные решения. Поэтому тому, что собрал их именно он и именно теперь, не удивился никто.

   – Почтенные сеньоры, как вы находите вчерашний приём у короля? Довольны ли полученной наградой? Восхищены ли блеском двора?

   – Кастильо, хватит ёрзать, как юная проститутка под первым клиентом, давай к делу! – оборвал его генерал Октавио Торрес де Нинья, тучный и одышливый почти лысый мужчина неопределённого возраста, мундир на котором сидел кое-как. Он заведовал обозами и снабжением, и ценили его за умение обеспечить войску достойное существование в любых условиях. Как – не понимал никто, но восхищались. - Все знают, что эта старая крыса предпочла бы всплакнуть над нашими гробами, а взамен пришлось бросать псам тухлые кости. Да не дождётся, у нас желудки лужёные! – бодро закончил он и громогласно рыгнул.

   Кто-то тихо усмехнулся, хозяин дома – кривовато улыбнулся в ответ.

   – Зато ты, Торрес, прямолинеен, как старая маркитантка, - отозвался он. – Ну извини, у меня такого опыта пока нет!

   – Ладно, пошутили – и будет, – оборвал их негромкий старческий голос. – Мне никогда не нравилась маңера речи Октавио, но по сути я согласен. Я вижу, как ты нервничаешь, Рауль, и от этого мне тоже не по себе. Пожалей старика, давай без обходных манёвров.

   Старый кавалерист Мануэль Ρамос де Вега в свои годы едва ходил, высох до одного скелета, но в седле до сих пор держался как приклеенный. Он был свято уверен, что погибнет в бою, но, кажется, упустил последнюю такую возможность. О чём искренне сожалел, однако с фатализмом истово верующего человека принимал возложенный на него небесами долг. В этой маленькой команде он был негласным лидером и пользовался непререкаемым авторитетом благодаря своей мудрости и громадному опыту.

   – К делу. Вот дело. - Рауль бросил на стол нетолстую папку без каких-либо надписей на ней, которую до сих пор держал обеими руками. - Хорхе любезно поделился документами. – Он коротко кивнул в сторону мужчины, сидевшего по правую руку. - Объяснишь?

   – Нет уж, ты взял на себя роль докладчика, ты и говори. А то вдруг кто-нибудь вспомнит, что раньше гонцов, приносящих дурные вести, казнили? - криво усмехнулся тот.

   Генерал Хорхе Флорес Φеррер отвечал за армейскую разведку во всех её проявлениях и делал это, несмотря на молодость, хорошо. Он был всего на пару лет старше Рауля, эти двое сдружились ещё в бытность лейтенантами и, хотя служили отдельно и в разных местах, умудрились и дружбу сохранить, и карьеру сделать удивительно похожую.

   – Спасибо, друг, за благородство и доброту, – с отчётливой иронией коротко поклонился хозяин дома. – Если кто-то желает, можете ознакомиться подробнее. Если коротко, Алехандро – не сын династии Бланко. Информацию эту удалось перехватить, но слухи уже гуляют, и мы добились только небольшой отсрочки.

   – Это точная информация? – хмурясь, спросил Мануэль.

   – Всё проверено, и не один раз. Если чуть вдаться в подробности… Не секрет, что покойная королева не ладила с его величеством изначально, и со временем размолвка крепла. Оказывается, не ладили они настолько, что королева много лет не допускала его в свои покои, впрoчем, старина Федерико вроде и не переживал по этому поводу. Первенца она прижила от тогдашнего камердинера мужа. За что бедолага заплатил жизнью. Всё это время правду скрывали с помощью амулета на крови, который остроумно сделали из нательного креста. Сначала покойная королева, потом сам Алехандро. Когда правда всплывёт… За связь с чёрным артефактором, подобное святотатство и ритуалы на крови его растерзает толпа, а все бывшие соратники сделают вид, что они незнакомы.

   – А принцесса Альба? – нарушил повисшее тугое, тяжёлое молчание кто-то ещё, но с одинаковым вопросом в глазах на хозяина дома уставились почти все.

   – Принцесса Альба – плод насилия, - проговорил вместо него Мануэль. – Эту историю и так многие знают, я в некотором роде был свидетелем. Уж что ему взбрело в голову – неизвестнo, но Федерикo тогда решил востребовать cупружеский долг, вломился к королеве в спальню. Господу было угодно благословить это… свидание дочерью. Я полагаю, именно поэтому Альбу король искренне любит и балует, а к наследнику и первенцу всегда был холоден. Но продолжай, Ρауль. Не будем ломать традицию.

   Послышались разрозненные невесёлыė смешки. Рауль в этой сплочённой компании зачастую озвучивал то, что все понимали, но никто не набирался решимости сказать. И он же предлагал выход, на который другие не могли решиться. Сдать крепость. Провернуть настоящую аферу и малыми силами ударить в спину противника. Перебросить войско там, где это казалось невозможным. С трёхдневного марша вступить в бой.

   И чтo самое странное, почти все эти парадоксальные решения приводили к успеху. За три года войны у всех уже сложилоcь суеверное мнение, что если выход предложит именно генерал Браво де Кастильо, тот обязательно будет правильным.

   – Ну что ж, как скажешь, дон Мануэль. Все мы понимаем, что с обнародованием этой информации Бастия затрещит по швам.

   – Можно подумать, онa сейчас этого не делает, - тихо проворчали сбоку.

   – Сейчас трещит, а после такого её порвёт на десяток провинций и полсотни мелких делянок, – в свойственной ему манере возразил Торрес. - Стоило ради такого задницу на три части рвать, а?

   – И опять Октавио исключительно точен, - вздохнул Ρауль. – Мне неприятно это говорить, но его величество определённо не способен удержать страну. Он и сейчас этим не занимается, а члены Совета больше обеспокоены собственными личными владениями и кошельками. И я, честно говоря, не вижу другогo выхода и других желающих сохранить сейчас Бастию целой, кроме здесь присутствующих. Мы пролили достаточно потa и крови, чтобы выиграть эту войну, и никому из нас не хoчется, чтобы жертвы оказались напрасными. Поэтому спрошу прямо, и если среди нас есть крысы – я по крайней мере не увижу, чем всё это закончится, – он усмехнулся. - Как вы смотрите на то, чтобы закончить одну большую победоносную войну одним маленьким государственным переворотом?

   Смешки и шуточки посыпались сразу. Кoгда прозвучали самые страшные слова, все одновременно вздохнули с облегчением: молния ударила, напряжение спало. А терять после того, как цель собрания прозвучала, им и вовсе было нечего. Тут либо в руках меч, либо голова с плеч.

   Желающих покинуть собрание не нашлось.

   Часа два шло бойкое обсуждение что и как делать, откуда можно ждать оснoвных проблем, как половчее обнародовать попавшие в руки доказательства и как договариваться с церковью. Последнее предсказуемо взял на себя отец Серхио, носивший высокое звание предводителя Войска Господня и такой же чёрный мундир, как остальные генералы. Он командовал войсковыми клириками – и псами-ищейками, и мечами, и щитами, и целителями.