Актриса и Президент (СИ) - Галина Емельянова

Галина Емельянова

АКТРИСА И ПРЕЗИДЕНТ

Все совпадения имен и обстоятельств — случайны.

1. Не встреча

На зыби яростной мгновенногоМы двое — у одной черт;Безмолвный крик желанья пленного:«Ты кто, скажи?» Ответ: «Кто ты?»

— Господин Президент, когда была ваша первая встреча?

— Это могло произойти еще на Селигере, я выступал там, а Варя прилететь должна была к вечеру. Но тогда я этого не знал, и когда я садился в машину, чтобы уезжать, она только приехала.

Я заинтересовался не женщиной моей жизни, а комаром, что нацелился на мою руку. Так наша встреча и не состоялась.

Она уже была звездой. Но не принять приглашение от форума молодежи России она не могла.

Тема была «Самый успешный дебют года». И хотя ей хотелось бы поправить организаторов, что первым ее фильмом была «Русалочка» Кончаловского, она приехала на встречу в хорошем, приподнятом настроении. Вся эта обстановка: озеро, лес, костры и песни под гитару, это ее несбывшаяся советская молодость.

Она узнала его сразу, по статусу машины, по многочисленной охране и характерной, только для него, военной осанке.

Но встреча не состоялась. Они по-прежнему были знакомы заочно. Он по фильму «Родео со смертью», она по официальной хронике ТВ.

А потом был сценарий Энга Ли. Про русско-японскую войну. Она прочла сценарий на одном дыхании. Фильм о любви, о вере и верности. Уже прошли первые съемки в Нагасаки, где она не участвовала, интернете и ТВ выдал первую информацию, скупую и от этого интригующую. Ей не хотелось думать, что фильм этот чей-то политический заказ. Все таки Ли уже достаточно известен и знаменит, чтобы снимать то, что не только приносит деньги, а просто для души.

Звонок из Росси был неожиданным и очень приятным: «Президент, просит Вас, Варвара Николаевна, на время съемок Санкт-Петербурге, остановится у него в Стрельне, в его резиденции. В случае положительного ответа, Вас будут ждать в Аэропорту Пулково, охрана и машина».

— Благодарю, — совершенно не волнуясь, она приняла это предложение, считая это простым актом вежливости. И ничего более.

Она никогда не умела спать в самолете. Еще с детства, любила садиться у иллюминатора и смотреть на огромное небо. Правда, двенадцать часов полета были конечно утомительно-скучны. Она читала роман Акунина про «Алмазную колесницу», и живо представляла себя, Варю Малышеву японской гейшей. Это было реальнее, чем Варя — гость президента.

Поэтому в Пулково она сразу нашла такси, не торгуясь поехала в самый дорогой отель, где остановился режиссер.

Энг, был на съемке, выбирал натуру. Номер оказался по-купечески роскошным и безвкусным. Она попыталась заснуть, но по этажу гуляли пьяные финны, какие то болельщики, как она поняла. Только она почти уплыла по реке Морфея, в дверь грубо постучали, и когда она, по своей глупой вежливости открыла, на нее обрушился русский мат, сальные взгляды, и вся пьяная компания ввалилась к ней в номер.

— О русский Матрешка.

С чего они, признали в ней русскую, было абсолютно непонятно, возмущалась она, на чистейшем английском, и когда ее попытались напоить водкой, она поняла, что надо бежать. Никто ее не защитит в этой России.

Она взяла стакан и мило улыбаясь, плеснула его в красную физиономию финна. И побежала к дверям. Лифт был занят, и второй тоже, бежать по лестнице было безумием, ведь там вообще никто не ходит, и не спасет. Она жала и жала на кнопку лифта, а озверевшие финны уже приближались к площадке, где она стояла.

Лифт остановился и и него вышел шкафоподобный парень, за ним еще один. И из другого лифта тоже вышли два «громилы», почти теряя сознание от страха, она подумала, что в Питере конгресс секьюрити, но тут самый невысокий из приехавших вынул из кармана удостоверение и сказал: «Варя Малышева? Охрана президента. У вас проблемы?»

«Финская проблема» уже бежала прочь, даже для высокорослых финнов стала понятно, что надо смываться пока не поздно.

Ей помогли собрать вещи, проводили к потрясающе огромной машине, и посоветовали поспать, путь займет минут пятьдесят, и даже извинились за такое «неудобство».

Сон прервал вкрадчивый голос охранника: «Варвара Николаевна, приехали».

Варя вышла из машины и огляделась вокруг. Такая русская красота могла только присниться. Огромный парк, фонтаны, уютный дом в стиле 17 века. На пороге стояла… актриса, Ольга Волкова. Варя была поражена, причем неприятно. Конечно профессия актера, очень зависима, но не до такой же степени, чтобы известную актрису, заставить пигалицу американскую встречать. Она ускорила шаги и почти подбежав, пыталась взять Ольгу Владимировну за руку, и извиниться.

— Добро пожаловать в Константиновский дворец, — голос не принадлежал Волковой. И еще при более внимательном взгляде Варя поняла, что да похожа, но не она.

И Варя засмеялась. У встречающей ее женщины удивленно поползли вверх выщипанные брови.

— Меня зовут Зинаида Павловна, по всем вопросам Вы может обращаться ко мне. А теперь я покажу вам ваши апартаменты.

Варя, продолжая хихикать, последовала за строгой дамой.

Гостевой дом стоял несколько поодаль от президентского.

Варя открыла окно в гостиной и с удивлением услышала призывное ржание.

— Зинаида Павловна, здесь есть конюшни?

— Да, будете отдыхать или предложить вам ужин?

— Ах, нет, я переоденусь. Можно мне на конюшню?

— Отчего же, здесь принято для гостей свободное передвижение.

Варя распаковала вещи, приняла прохладный душ, и, вышла из комнаты. Зинаида Павловна казалось так, и стояла все это время по стойке смирно.

— Позвольте вас сопровождать?

— Конечно.

Трава была идеально пострижена, но все равно казалось, что это где-то там, в 19 веке она, Варя идет из барского дома, в «свою конюшню».

На конном дворе было чисто, девушка ветеринар и По-совместительству тренер по выездке, позволила гостье самой выбрать лошадь. Варя выбрала, гнедой масти жеребца, молодого и явно, недавно объезженного коня.

Уверив тренера, что в седле, она уже с двенадцати лет, Варя сама надела упряжь и уверенно вывела выбранного коня на двор. Тренер, звали ее Рита, подала Варе поднос с подсоленным хлебом, она протянула хлеб на ладони, жеребец, по кличке Буран, спокойно поведя ушами, принял угощение. И когда девушка вспрыгнула в седло, сначала нетерпеливо ждал приказа всадницы. Но вот поводья вздрогнули, ноги в сапожках осторожно придали лошади ускорение, и всадница и лошадь, через мгновение стали одним целым.