Призрачная кровь 4 - Елена Шатилова

Призрачная кровь 4

Глава 1

Понедельник. Для кого-то это начало тяжёлой трудовой или учебной недели, для меня он ознаменовал новую главу жизни. Казалось, что все трудности остались в прошлом. Да, насыщенная событиями вышла неделя, особенно воскресение. Кто мог подумать, что князь Шуйский — авантюрист.

А таким приличным человеком казался, — со смехом подумала я, потянулась и села на кровати.

— Доброе утро, госпожа Анастасия! — с улыбкой промурлыкала я сама себе и послала воздушный поцелуй кукле. Мне даже показалась, что она повернула голову.

Встала с кровати, ещё раз потянулась: хорошо-то как!

— Я тебя оживлю! — подошла к кукле, поправила ей юбку и ткнула в носик.

Настроение было превосходное, и его не испортила хмурая Ирина, которая вернулась с выходного и сразу зашла к нам на утренний кофе. Поставила на стол знакомую банку с растворимым напитком и устроилась на стуле.

Я молчала, потому что уже изучила эту барышню, она готовится к очередному откровению из своей жизни.

— Я сорвалась, — выдала пампушка, посмотрев на меня глазами, полными вселенской боли. — Так изнервничалась из-за Дмитрия, что не заметила, как съела привезённый папенькой пирог. А ещё я проболталась ему о своих чувствах. Отец-змей, вот умеет же заболтать. Хорошо, что я фамилии Димы не знаю… и отчества. Та-ак… — видно, до Иры что-то начало доходить, я пока не знала что. — А как получилось, что он выудил у меня всё о моей семье? Вот зме-ей!

Я рассмеялась.

— Что смеёшься? — в дверях гостиной появилась заспанная Александра.

— Да, Ира нашла себе парня как свой отец.

— Это же замечательно! Мой Серёжа тоже напоминает моего отца.

— Какой Серёжа? — сощурилась пампушка и подозрительно перевела взгляд на меня. — И вы молчали? Как вы могли⁈ — девушка уже пыхтела как паровоз.

— Отец только вчера дал разрешение на помолвку, — рассказала Саша. — Прости, но ситуация была очень сложной и не хотелось разговаривать на эту тему. Но теперь я счастлива.

— Поздравляю! — Ира накуксила губы. — Так и Настя быстрей меня женихом обзаведётся. А может, тому красавчику глазки по-мозолить? Михаилом вроде зовут? — девушка ехидно ухмыльнулась, а я и не думала реагировать, она только этого и ждёт.

— Ты лучше успокойся и жди, когда Дмитрий сам подойдёт к тебе на разговор, — Александра почему-то напугалась, что пампушка намерилась к Мише клинья подбивать. Я бы посмеялась, но не стала. Без лишней скромности могу сказать, что для него она слишком глупа.

* * *

На первом уроке нас ждал сюрприз. В аудитории стояла Стелла Константиновна и полноватый мужчина с седой бородой, эдакий добрый дедушка в простом костюме. Я догадалась, кто это — наш новый преподаватель рунологии. Сокурсницы тоже догадались, только поклонница практиканта приуныла.

— Разрешите представить вам профессора Романа Владимировича Зиновьева, вашего преподавателя рунологии, — представила мужчину заведующая кафедрой.

А я дёрнулась, не ожидала услышать свою прежнюю фамилию. Может, это какой-нибудь мой родственник из параллельной вселенной?

Профессор выслушал представление с лёгкой улыбкой. Стелла попрощалась и ушла.

— Доброе утро, сударыни! Сегодня не хочу начинать новый для вас материал, поэтому давайте познакомимся, — у мужчины был приятный баритон, хорошо поставленный голос оратора.

Он говорил вроде спокойно, но я чётко услышала профессиональные нотки. Непростой человек, привык много говорить. Ещё Роман Владимирович умел работать с аудиторией, уделял внимание буквально всем, словно дозируя взгляд и фразы. И знакомство он проводил особенно.

Когда он взял журнал, все приготовились просто вставать, как это было обычно. Он вызвал первую девушку, Наталью, когда она встала, произнёс:

— Свет, — он взял мел и быстро написал руну на доске. Да, сокурсница была светленькая, почти как я.

Вызывая остальных, он присваивал им разные руны: огонь, чистота, воздух, сила… которые, по моему мнению, подходили с натяжкой. Возможно, я зря искала параллель и выбор был случайный. Когда дошла очередь до меня, стала интересно, как он меня наречёт.

— Разум, — сказал он и чуть склонил голову. Я ухмыльнулась. Банальщина, уж лучше бы льдом назвал. А так просто показал, что он в курсе моих достижений.

Закончив список, он отложил журнал.

— Это только малая часть рун, которые придётся изучить магу за всю жизнь, независимо от специализации. Они, как и вы, неповторимы, но составляют единый механизм, в котором важен каждый винтик.

— А если я не хочу быть винтиком? Как-то мелко, — неожиданно подала голос Ира.

— Значит, стань шестерёнкой, — ехидно захихикала Татьяна.

— На шестерёнке ответственности больше, — профессор улыбнулся, сделал вид, что не понял намёка, а может, и не понял. — Если вы не боитесь ответственности, то дерзайте.

— Не боюсь, — фыркнула пампушка.

Обмен любезностями на этом и закончился, рунолог не стал продолжать, по мне это не профессионально. И скорей насторожило. Возможно, цель разговора была вовлечь меня, но примитивно как-то… Ну да, расчёт на ребёнка. Значит, этот тип прибыл в академию по мою душу, — сделала я скорый вывод. Да, может, у меня разыгрался приступ паранойи, но лучше иметь это в виду, общаясь с новым профессором.

А если к сути его сравнения: я до сих пор, в полной мере, не чувствовала себя частью механизма этого мира, скорей я кризисный менеджер, который пытается сдвинуть заржавевший механизм. Но говорить это во всеуслышание не буду. Нет, я не боюсь нажить врагов и завистников, просто не хочу подавать лишний повод для разговора и внимания.

Роман Владимирович был разочарован, я это увидела по мимолётному взгляду, который он всё-таки кинул на меня. Неужели он надеялся, что так тривиально можно вызвать меня на разговор?

Профессор немного порассуждал на эту тему и перешёл к вопросам, которые в его понятии мы должны были с радостью задавать. Не знаю, где он преподавал до нас, но к такой пассивной аудитории он был не готов. Я не стала выделяться и тоже молчала, пусть сам выкручивается. Видно, он был не в курсе, что с начала года мы слышали только бубнёж недопреподавателей и, по сути, никуда не продвинулись. Зазубрили немного материала, без понимания, и всё.

Поняв, наконец-то всю пропасть, с которой он столкнулся, полистал журнал, вздохнул и начал вкратце рассказывать темы, которые мы проходили. Видя