Огонь поэзии - Владимир Пеньков-Ноябрьский

Огонь поэзии

Владимир Иванович Пеньков-Ноябрьский

Редактор Александр Владимирович Михалапов

© Владимир Иванович Пеньков-Ноябрьский, 2017

ISBN 978-5-4485-4632-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Как много на земле обетованной

Как много на земле обетованнойпрекрасных дам, что испокон вековпоэтам, самым лучшим, как ни странно,воспеть всех женщин не хватало слов.А разве хватит вдохновенья мыслиБогинь земных чтоб описать сполна?Любая женщина-родник услады жизни,и сколь не пей, не изопьёшь до дна.

Огонь поэзии

Поэтам нужен жертвенный костёр,чтоб воля мыслей жаром согревалась.И с давних лет, прошедших, до сих пор,им жить с огнём в соседстве удавалось.Они бросают в пламя своих думк истокам правды жажду тяготенья.И от того, издав для спора шум,трещат стихов написанных поленья.Но иногда, бывало, что творцамне раз порой случалось обжигаться.И с тем, на радость всяким подлецам,пришлось иным с поэзией расстаться.Поранив крылья падали оникак мотыльки на черни пепелища.Их поглощали заревом огни,что грели плоть людей духовно нищих.Костра природа в сложности своейсовсем проста: отсюда находились,средь многих жар боящихся людей,певцы пера, на свет что так стремились.И потому в кромешной темнотемерцая пламя души согревает.Всегда средь нас найдутся в жизни те,кто вольнодумцем искры раздувает.

рисунок художника Томаша Алена Копера (Tomasz Alen Kopera)

Взято с интернет ресурса http://artmisto.com/paint/unreal_art/13686-hudozhnik-tomasz-alen-kopera.html

Мне жизнь дана лишь раз

Мне жизнь дана лишь рази с этим чувством долгая вынужден идти по улице кривой,петлять среди домов,а коротко ли, долго,решает кто-то там,за блеклой синевой.И я, за этот раз,обязан сделать много,по силам или нетне мне дано решать,имею право лишьизбрать себе дорогугде буду пусть хоть что,но всё-таки свершать.Сурово вроде бы,и где-то чуть жестоко,однако в этом всёмимеется свой плюс:Ведь я, как новый день,идущий от Востока,таким уже сюда,однажды, не вернусь.

«Зов Сихотэ-Алинь»

Если спросят меня: «Что душе моей в радость?»я отвечу, как есть: – « Зов дремучей тайги».В ней и ягод лесных свежесочная сладость,и следы у ручья молодой кабарги.В ней кедровая падь и медвежьи берлоги,зелень мха, словно пух, у подножья сосны,и журчащей реки водяные пороги,и цветение в миг пробужденья весны.В этих дальних краях тропок хоженых мало,здесь зверья, как нигде, и до неба рукой.Здесь на запад ко сну солнце клонит устало,где-то там, вдалеке, уходя на покой;но зато, здесь, оно, зажигает зарницыярких красок, когда зарождается день.И взахлёб от того распеваются птицы,видя, как прочь ползёт ночи хмурая тень.Мне не нужен песок побережья морскогос голой пальмой, где жжёт, полдень, словно огонь,я хочу поутру выпить сока простого,что с берёзы бежит звонкой каплей в ладонь.Я люблю дальний рык изюбринных зазывов,треск костра и ухи, запах, лижущий нос,и озёр голубых полноводье разливов,и хрустящий в снегах, зимних сопок, мороз.Если спросят меня: « Что мне жизни дороже?»Я отвечу, как есть – «Этот зелени край».И нигде не найти в этом мире, похоже,целомудренных мест неизведанный Рай.

Зов прекрасного

Придёт весна, и днём цветущимраспустит листья старый дуб,и видом, некогда гнетущим,он станет впредь не так уж груб.Он будет кудрями седымишуметь на утренней заре,дивясь ростками молодыми,что зреют в радужной поре.Ему, берёзы, улыбаясь,станцуют дружный хоровод,под ветром тёплым прогибаясь,листвой лаская небосвод.От вида их, дуб, зеленееи краше станет видом всем,в приятных помыслах пьянея,теряя голову совсем.И чтоб иметь успех немалый,и каждой нравиться собой,свой облик, чуточку усталый,он сменит кроной молодой.Дуб будет всячески старатьсянисколько даже не скрипеть,в подобном, стоит вам признаться,дано не многим преуспеть.Любви все возрасты покорны,когда красавицы кругом,я сам такой же, то бесспорно,мне зов прекрасного знаком.

Ноша

Я, словно Христос, на кресте что распят,страдаю от жизненной боли,и часто хлысты надо мною свистят,в разрез моей собственной воли.Но я не казнён и свой крест лишь несу,и с каждым он шагом тягчеет;мне трудно его удержать на весу,спина постепенно немеет.Как хочется бросить и жить налегке —на миг малодушьем сломаться,а гвоздь не торчащий пока что в рукевот-вот может в ней оказаться.Чем больше противлюсь судьбе я своей,тем чаще удары хлыстами.Я был бы не против своих палачейс собой переставить местами.Но цель, как магнит, к себе манит меня —от этого силы черпаю;других за всё это ничуть не виняступаю…    ступаю…                                           ступаю…

На охоте

Под ногами роса на траве серебрится.Лижет тёмную синь ранней зорьки язык.Чуть правее меня, вдруг, встревожились птицы,и раздался в тиши гулкий дупельный зык.Утки, с синей воды, полетели в разбеге,бьют по кромке крылом, поспешая туда,где в небесной дали, в упоительной неге,над осенней землёй догорает звезда.Подымая ружьё стае в бок направляю,но стрелять в этот миг из него не хочу.Птицам вольный полёт, без потерь, оставляю,хоть и жмётся приклад в ожиданье к плечу.Пусть летят хоть куда, без меня им хватаетвсякой дроби свинца, и охотничьих глаз,что в азарте стрельбы сквозь бинокли верстают*камышовую даль, в утра брезжащий час.Зачехляя ружьё, на кочку приседая,наблюдаю за тем, как рождается день,как прохладная ночь, от восходов седая,забирает с собой серых сумерек тень.Всё же в этих местах чуда всякого много.Так зачем мне губить краски жизни мирской?Уткам вслед помахав, я, обратной дорогой,возвращаюсь назад, к суете городской.

*верстают (от автора) – покрывают взглядом вёрсты.

Клён

Прощается клён с облетевшей листвою,усталые ветви к земле опустив.Прекрасен, он, в образе этом собою;и чем-то по своему даже красив.

Опавшие листья лежат у подножья:как будто ковром растелились они.И ветер им гладит края осторожно,ведь листья пожухли в осенние дни.

Листва шелестит, ветер ветви качает;и клён осыпает свой красный рубин;Его непосредственно это печалит,не хочет он быть лютой стужей один.

Он, шепчет листве, чтоб она была рядом,ему укрывала сплетенья корней.И кажется, даже обычному взгляду,что клён догорает средь красных огней.

Лишь первых снежинок, пуховых, паденьепотушит костёр и накроет листву;клён тут же уснёт, до весны пробужденьяоставшись в холодном и снежном плену.

Уймётся пожар. Ветви клёна остынут.Останется, он, одиноко стоять.Но всё ж, несмотря, что листвой был покинут,клён новые листья весной будет ждать.

На жёлтых полях

На жёлтых полях, поседевших от пыли,гуляют ветра, колосящие рожь.Там я, с миом детством, беспечность забыли,её днём с огнём уж теперь не найдёшь.Там слёзы дождей на земле высыхали,а птицы мне пели о юной весне.Давно эти дни от меня убежали,и с детством своим я встречаюсь во сне.Теперь те поля застелила солома,и птахи другие поют про весну,и я, когда день убегает из дома,уже по иному готовлюсь ко сну.А сны реже всё навещают с рассветом,стучатся в закрытую дверь не всегда.Они заблудились, наверное, где-то,спешили прийти ко мне в гости когда.Они так желанны, но я им не воленуказывать место и время для встреч.Я, так же как многие, ими стал болен,и детство не смог от судьбы уберечь.

Чуть брезжится рассвет…

Чуть брезжится рассветза горизонтом дальним.Зари окрасил светсребро росы хрустальной.

Пред порожденьем днялуна уж побледнела,свой желтый цвет сменяв лице на бледно-белый.

Ночные облакарастаяли как будто.Прохладой с высокана землю пало утро.

И в воздухе свежо;И зелень пробудилась:Почувствовав теплоона, преобразилась.

Слышны распевы птиц:А где-то там, далече,прогнав игру зарниц,свой саван стелет вечер.

Расплескалась заря на седом небосклоне