Защищать человека - Юрий Павлович Рагозин

Юрий Павлович Рагозин

Защищать человека

Юрий РАГОЗИН

Защищать человека

- Почему я хочу поступить на юридический факультет именно Московского университета? Так ведь престижно!

Семнадцатилетний парень, модно одетый и модно подстриженный, держится свободно, откровенен. Светлые волосы, голубые глаза, высокий лоб.

- В аттестате четыре четверки - по точным наукам, остальные - пятерки. Общественная работа? А как же! Член комитета комсомола школы. Спорт? Второй разряд по легкой атлетике, скоро получу первый. Буду адвокатом. Конечно, знаю, что защищать придется и преступников… Но ведь они тоже люди… Да и потом - это работа, за нее деньги платят!…

Улыбается. Хороший парень. Москвич. Отец - подполковник, мама - инженер. Дед - на пенсии - военный прокурор.

- Наверное, гены, - объясняет абитуриент. - Но офицерская карьера не манит, слишком много в доме военных.

Июль, солнце, зелень. Самое время - на реку. А в МГУ - с утра до вечера бурлит жизнь в приемных комиссиях. В том числе и на юридическом факультете. За неделю уже подано 286 заявлений, впереди еще пятнадцать дней для подачи документов, будут приняты 225 человек (юрфак один из самых малочисленных в университете). А конкурс растет…

Я сижу рядом с Мариной Александровной Лушечкиной, заместителем ответственного секретаря приемной комиссии юрфака - молодой миловидной женщиной с проницательными глазами, не устающей задавать волнующимся абитуриентам вопросы из их еще коротких биографий, и мысленно пытаюсь определить, кто из ребят станет студентом, а кто нет. Уровень знаний и кругозор очень неровен.

- А как сам считаешь, поступишь?

Голубоглазый вчерашний десятиклассник вновь улыбается:

- Поступлю. А как же!

- Ну а то, что отменили средний балл, по-твоему, хорошо?

- Конечно, хорошо. Оценивают не прошлые заслуги, которые у многих дутые, а реальные знания.

Наверное, он прав. И практика вступительных экзаменов подтверждает это. В прошлом году, например, двести двадцать медалистов поступало в МГУ на юрфак из многих городов. И только лишь двадцать четыре из них стали студентами. Более того, у медалистов даже бывают двойки по сочинению. Лишь два-три человека подтверждают на деле, что не зря получили медаль - сдают один экзамен на «отлично», и их зачисляют. Вот такова на сегодняшний день реальная цена школьной медали.

Ловлю себя на мысли, что своей раскованностью голубоглазый абитуриент меня слегка даже раздражает, но успокаиваю себя: это хорошо, что он не закомплексован, адвокат должен чувствовать себя свободно.

Спрашиваю у него, почему при выборе вуза на первое место он ставит престиж?

- Я имел в виду не только запись в дипломе, но прежде всего знания, которые тут дают, - поясняет он.

И вновь не могу с ним не согласиться. И Оксфорд, и Принстон славятся не столько своими гербами, сколько уровнем преподавания, объемом гарантированных знаний. Поэтому, наверное, вполне нормально, что парень думает о престиже заведения, которое должно будет (если он поступит, конечно) дать ему путевку в жизнь.

Юридическое образование как определенная система сложилось в Древнем Риме. Первоначальное знание права было привилегией жрецов. Однако уже в 254 году до нашей эры первый верховный жрец из плебеев Тиберий Корунканий объявил, что готов объяснять право любому желающему, и стал преподавать право публично.

Римский юрист Сабин открыл первую частную юридическую школу. Это было в I веке нашей эры. В IV - V веках в Риме, Константинополе, Афинах, Александрии, Цезарее, Бейруте существовало уже несколько таких школ. Обучение в них велось четыре года.

Вот двадцатилетняя девушка садится у стола приемной комиссии. Выясняется, что поступает третий раз. Первый раз - завалила, во второй недобрала баллов, может, сейчас повезет. Такая настойчивость и верность факультету не могут не вызывать уважения. И ведь хочет-то быть не прокурором, не следователем - инспектором по делам несовершеннолетних!

- Так для этого достаточно пединститут закончить, - объясняют ей.

- Нет, - качает головой абитуриентка, - пединститут - это совсем другое. Только юрфак!

Парень из Киргизии тоже пробует счастье третий раз: Один раз поступал у себя дома, второй раз - приезжал сюда.

- Почему дома не поступаю? - Он улыбается. - У нас своими силами не поступишь… Перестройка до нас еще не дошла…

Следующий - абитуриент из Ташкента. Воевал в Афганистане, имеет две боевые медали. Он не скрывает:

- В Ташкенте просто так - без блата или большой взятки - не поступить…

Вот ведь какая интересная получается ситуация: без взятки не поступить! Все знают об этом, однако делают вид, что ничего такого нет, и все остается по-прежнему, абитуриент за взятки превращается в студента, Земля с орбиты своей не сходит…

А вот эта девушка из маленького украинского городка пришла явно не по адресу. Закончила горный техникум, потом поступала на психфак, неудачно, теперь решила сюда. Ее ответ на вопрос - где она хочет работать после окончания, - сразил нас всех наповал:

- Где-нибудь в сфере управления - в райкоме, обкоме.

- Но ведь там выборные должности!… Разве вы не знаете?…

- Ну и что! - В голубых глазах девушки ни растерянности, ни иронии.

Лушечкина пожимает плечами. Но принять-то документы она обязана…

В прошлые годы конкурс на юрфак на вступительных экзаменах доходил до десяти человек на место. А ведь в Москве есть еще и Всесоюзный заочный юридический институт, там конкурс в отличие от юрфака МГУ гораздо ниже, там даже не сдают экзамен по иностранному языку. Но престиж фирмы влечет абитуриентов именно сюда, в Московский университет. Сильные юридические факультеты есть и в Свердловске, и в Саратове. И все же ведущими считаются в МГУ и ЛГУ.

В одиннадцатом веке в Болонье появилась первая школа права, позже преобразованная в университет, где в середине XII века римскому праву обучалось уже несколько тысяч студентов из разных стран Европы. Примерно до XV века на юридических факультетах Европы изучали римское право, и лишь с конца XVIII века в программы стали включать национальное право.

Профессора Михаила Николаевича Марченко, декана факультета, нет на месте. Иду знакомиться с его заместителем.

В небольшом кабинете за столом сидит человек лет пятидесяти - Михаил Константинович Треушников, профессор, выпускник юрфака МГУ 1965 года. Окающий говор выдает в нем некоренного москвича.

Первый вопрос, который я ему задаю, касается системы отбора абитуриентов. Все ли могут стать студентами юрфака? Ведь профессия-то больно уж ответственная - судить и защищать. Всякий ли способен нести такую ношу?

- Отбираем по двум критериям, - говорит Треушников, - знаниям и нравственному облику. Все абитуриенты проходят собеседование. Нельзя сказать, что механизм этот дает стопроцентную гарантию, но представление о человеке получить можно. Хотя, конечно, и к нам просачиваются люди, кому не место на факультете. Вот, например, вы сейчас в приемной видели парня - меня дожидается. В 1984 году был осужден на три года. Работал в милиции, в ресторане как-то напился, расхулиганился, оказал сопротивление милиции