Варфоломеева свадьба - Кристина Акопян

Кристина Акопян

Варфоломеева свадьба

Если бы профессию своим сыновьям выбирали только мамы, то мальчики поголовно стали бы хирургами или нейрохирургами. Клеопатра в общем так и не знала никогда, в чем разница между этими областями медицины. Нейрохирургию она считала профессией, связанной с нервами. Неврологов называла нервапаталогами, а хирургов — теми, кто лечит все болезни мира, ну или всей галактики. И сегодня, сидя на свадьбе своего единственного сына, она смотрела на Варфоломея, думая только о том, как же повезло его невесте, уже жене, дочке простолюдинов. Себя же Клеопатра считала человеком из семьи ученых, интеллигентов, так сказать. Ее мать окончила педагогическое училище, но ни дня не работала, она пошла по стопам матери, также окончила педучилище, вышла замуж и ни дня не работала. Ее отец был агрономом, но работал бригадиром в совхозе. Клеопатра считала, что ее сын очень похож на деда. Таким же культурным и умным, послушным и смиренным растёт. Почему родители считают, что послушный ребенок — это хорошо, никто так и не понял. Интересное представление о будущем у мам и пап: «Будь упорным и наглым, никому не уступай». Но как ребенок может стать таковым, если всю жизнь от него требовали выполнять их приказы, не вмешиваться в не свое дело, уступать желанием родителей в ущерб своих?

Клеопатра вытянула свою короткую шею, чтобы лучше разглядеть нарядного и как всегда опрятного сына за столом подиума, к сожалению, танцующие гости мешали обзору. Варфоломей же видел мать и всех остальных прекрасно. На пьедестале со столом жениха и невесты удобно разглядеть абсолютно всех.

Свадебный зал «Мечта» в Адлере по традиции по выходным сразу после окончания летнего сезона наполняется гостями. Это двухэтажный ресторан, где на первом этаже располагается регулярный зал, поменьше, с традиционным обслуживанием гостей или банкетов. На втором этаже исключительный банкетный зал с ажурным восточным оформлением, белый мрамор, блестящие камни, белые лепнины, зеркальные колонны. Два этажа хорошо изолированы друг от друга простым решением: сразу при входе в здание огромный холл, откуда можно попасть в ресторан, а под лестницей на второй этаж располагались вместительные туалетные комнаты, обустроенные так, чтобы можно было делать красивые фото. Еда была как всегда вкусная, традиционно кавказская, по обыкновению обильная. Этот факт и стал причиной выбора свадебного зала, ведь изначально Клеопатра хотела отметить свадьбу сына в зале Георгиевский, где еще ему не посчастливилось еще побывать, но те, кто был, очернили последнее место тем, что там имеретинский хачапури не вкусный, да и рыбу в сливочном соусе подают холодной. На такие риски будущая свекровь идти не могла, на кону ее репутация.

Варфоломей не хотел большую свадьбу, поэтому, сузив круг родственников и друзей до минимума, сократили их количество с трехсот двадцати до двухсот семидесяти. Под сокращение, конечно же, попали гости со стороны невесты. Почему? Потому что отец жениха взялся оплатить весь банкет полностью, и вместо вольного набора гостей от невесты он выделил ей квоту только на 40 человек. Тогда отец невесты рассердился, приехал из Гагры на разборки, раз так отказываемся от вашей щедрости и сами оплатим любое количество гостей с нашей стороны. Отец Варфоломея, Сережа Варфоломеевич согласился и предложил:

— Предлагаю всех поверх сорока человек оплатить самостоятельно. Иначе не подходит, жених делает свадьбу, все расходы должны быть на нас. С вас только костюм жениха, надеюсь, не сэкономите.

И когда без экономии родители невесты купили костюм жениху, у них остались жалкие гроши, которые даже на нормальное золото бы не хватило. Такое упущение в репутации отец невесты допустить не хотел. Чтобы и на роскошный костюм, и на свадебную подготовку дочери хватило денег, он на все лето перевез семью в отцовский дом в Цандрипш, а свой сдавал отдыхающим. Небывалые жертвы для них, ведь раньше семья противилась сдаче своих комнат из-за отсутствия острой необходимости в деньгах. Сторона невесты на свадьбу никого поверх сорока человек так и не позвала, количество гостей почти не изменилось. Зато с почетом готовились тратить на все остальное остаток семейного бюджета.

На пухлой шее Варфоломея распустился тонкий галстук, который совсем с его фигурой не сочетался. Белая калла в нагрудном кармане потрепалась, волосы промокли от пота. Сентябрь по традиции все еще жаркий. Он еще раз бросает взгляд на гостей, проверяет знает ли всех. Сторона невесты сидела слева от него, ближе к алтарю, посмотрев, он узнал пару человек, не считая семью его новоиспеченной жены. Остальных видел впервые. Иначе обстоят дела с правой от него стороны, где расположились за круглыми столами гости жениха. Лица у них были хозяйские, не то, что у первых. Его гости сияли, как блестки и стеклянные камушки на колоннах свадебного зала. Взгляд Варфоломея остановился на фигуре одноклассницы, что танцевала с мужем.

История у них была почти что мимолетная. А мимолетная она, потому что юный 22-летний Варфоломей после четырех лет окончания школы, на встрече выпускников, необоснованно, а может и обосновано, решил, что Диана в него влюблена. А Диана, из чистой любезности увидев одиноко усевшегося на краю стола пухлого, хотя к тому времени на 4 килограмма и 400 грамм похудевшего школьного товарища, пересела к нему, спросив, как у него дела после окончания теперь еще и ВУЗа.

— Нормально, вот на работу устраиваюсь, — мгновенно вспотевший от волнения ответил Варфоломей.

Кстати, его имя никто никогда не сокращал, потому что некуда, как бы не пытались, но это совсем не интересно.

Диана полюбопытствовала:

— А куда?

— В налоговую.

Диана слегка удивилась, потом вспомнив финансовое положение его родителей, приняла.

Дело в том, что в налоговой стояли в очередь на работу в недалекие «нулевы». Даже давали взятку. Но в 2017 году туда никто не хотел, если нет какого-либо денежного источника со стороны, такие как богатый муж или родители, или гостевой дом. Тогда работа в цивильном заведении и почетна, и дома не сидишь.

— Сколько там зарплата сейчас?

— Не знаю пока, там оклад и премия. — Конечно же, он знал, просто не говорил. — Я для стажа пойду поработаю, и по профессии, чтобы трудовая была.

Диана покивала с открытым ртом, но в душе посмеялась: «Кто сейчас работает по профессии? Парикмахеры и маникюристы?». В чем-то ее мысли были оправданы, даже врач может бросить все и заняться юмором, что касается факультета налогообложения, то мы все знаем, навыки, что дают в ВУЗах, не имеют отношения к реальной