Появишься - позвони (Книга 1) - Галина Полынская

Полынская Галина

Появишься - позвони (Книга 1)

Галина Полынская

ПОЯВИШЬСЯ - ПОЗВОНИ

(книга первая)

Если вы хотите, чтобы Бог рассмеялся, расскажите ему о своих планах. (Вуди Аллен)

Эту книгу я посвящаю тебе.

МЕТРОполь

В вольере за решеткой лениво топтались две громадные шелудивые обезьяны. Они давно уже смертельно надоели друг другу, единственное, что ещё хоть как-то развлекало, были посетители зоопарка. Когда от скуки хотелось удавить друг друга, обезьяны вылезали посмотреть на посетителей.

Артуру тоже было скучно, он не знал, куда подевать время, день, самого себя, поэтому пришел посмотреть на обезьян. Но, стоя у вольера, разглядывая их кожаные моры, Артур заметил такой издевательский интерес в маленьких злобных глазках приматов, что сомнений не осталось - он, Артур Замышев, пришел сюда и заплатил деньги только для того, чтобы обезьяны могли посмотреть на него, иначе от скуки они станут бить друг друга.

Отвернувшись, Артур направился к выходу. Где-то в зоопарке оставался жираф Самсон. Собственно говоря, к нему-то Артур и приходил, но после обезьян всего расхотелось.

Поблизости на Баррикадной никаких кафешек кроме Баскин Роббинс не наблюдалось, но куда-то надо было деваться, не топтаться же у метро, дожидаясь, пока подойдет какой-нибудь мент и, растягивая удовольствие, примется пытать насчет документов, забытых Артуром в кармане зеленой дегенеративной рубашки. Ментам тоже скучно. Рубашку подарила истеричка Ира, Иришка - как она сама себя предпочитала называть.

На карточке оставалось ещё две поездки. Пройдя турникет, Артур купил маленькую книжечку кроссвордов, одноразовую ручку и, перейдя на кольцевую, уселся на свободное место в углу вагона. Раскрыв книжечку, он уставился на пункт первый по горизонтали: "Представитель отряда приматов, обитающий..." Артур тут же перевернул страницу, и принялся за следующий кроссворд.

Поезд нарезал уже третий или четвертый круг, Артур сбился со счета. Начинало весьма ощутимо поташнивать. И он пожалел, что не захватил с собою ни пива, ни воды. Тошнота усиливалась, откуда-то возникло головокружение и непонятное слово "каперсы". Укачало - решил Артур и, оторвавшись от очередного кроссворда, прикрыл глаза. Стало ещё хуже, ко всему вдобавок, в вагоне стояла страшная духота. Доеду до Краснопресненской и выйду - подумал Артур, борясь с накатывающими приступами дурноты. По ноздрям резанул отвратительный кислый запах, и Артур, невольно поморщившись, огляделся в поисках влезшего в вагон бомжа. Никого похожего. Напротив пацан с бутылкой пива, полностью погруженный в созерцание метаморфоз организма под воздействием алкоголя, дальше пара девчонок и тетки с маленькими детективчиками в руках. И все. Сейчас же выйду, - решил Артур, - посижу на скамейке, очухаюсь, потом на Баррикадную... Но, удушающая, полуобморочная дурнота вдавила в кожаный диванчик с такой силой, словно Артур сидел не в вагоне метро, а на центрифуге. Сейчас меня вырвет, - с отчаянием подумал он.

Внезапно картинка перед глазами принялась раскручиваться в противоположную сторону, будто отматывая назад бесконечные круги поезда по кольцевой линии. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну контрабаса, на обезумевшую картинку вагона наслоились какие-то мутные видения... На мгновение, один эпизод, яркий, отвратительно громадный, вырвался из общего хаоса и замер перед глазами Артура, демонстрируя себя со всех сторон...

Артуру казалось, что он вскочил и побежал к дверям вагона, двери приближались слишком медленно...

Буквально вывалившись на платформу, он, шатаясь, побрел к эскалатору, натыкаясь на людей. "Каперсы, каперсы, каперсы... каперсы", - мысленно повторял Артур, карабкаясь вверх по движущимся ступенькам. Ему почему-то казалось очень важным держаться именно за это слово, и тогда он выберется из метро, обязательно выберется на свежий воздух...

Солнце хлестнуло по глазам, ударило под дых, Артур согнулся над каменной урной, и его вырвало. Сразу стало легче. Заметив, что он все ещё сжимает в руке книжечку кроссвордов, Артур выдернул пару станиц, вытер губы и швырнул бумагу в урну. Радуясь, что поблизости снова не оказалось ни единого мента, Артур побрел к палатке, купить минеральной воды.

Прополоскав рот и сполоснув лицо "Святым источником", он огляделся. Вокруг шумела и воняла Баррикадная. Присесть было некуда, и Артур медленно пошел к проезжей части ловить машину. Прислушиваясь к своему внутреннему состоянию, он чувствовал только легкое головокружение и, отчего-то тяжелую, сосущую тоску в сердце. Тоска была такая сильная и резкая, что Артур задохнулся и машинально вытащил сигаретную пачку из кармана брюк.

Остановив грязный жигуль, он сел на переднее сидение и назвал Иркин адрес - первое, что взбрело в голову. Благо, жила она недалеко от метро.

Поднявшись на первый этаж, Артур надавил кнопку звонка, надеясь, что Ирка дома.

- Кто? - раздался её высокий, визгливый голос, и Артур досадливо поморщился. Не дожидаясь ответа, девушка распахнула дверь. На голове у неё красовалась старая вязаная шапка неизвестного науке цвета, из-под которой торчали края целлофанового пакета.

- Ой, - хихикнула Ирка, - Артурчик! А я тебя не ждала!

- Можно войти?

- Да, конечно... Ой, - вспомнила она о гадости на собственной голове и метнулась в ванную. - А я волосы крашу! Ты проходи, я сейчас!

- В какой цвет на этот раз? - не разуваясь, Артур прошел на кухню.

- "Ореховый блондин"!

Артур задумался минут на пятнадцать, пытаясь представить себе этот цвет. За это время он, незаметно для себя, выкурил сигарету, извлек из холодильника початую бутылку вина и выпил полстакана. Отпустило. Ирка что-то возбужденно верещала из ванной, без труда перекрикивая шум льющейся воды. Разумеется, Артур не слушал. Он выпил ещё холодного кислого вина, закурил, присел за кухонный стол и пододвинул к себе телефонный аппарат. На ощупь трубка показалась жирной. Сдернув полотенце с пластмассового крючка, он хотел вытереть и руку и аппарат, но полотенце оказалось мокрым. Разозлившись, Артур швырнул полотенце на стол и посмотрел по сторонам. Ничего похожего на салфетки. На спинке старого венского стула висел голубенький ситцевый Иркин халат. Он протер им телефон, тщательно вытер руки, и набрал номер.

- Я слушаю.

- Олег, это я.

- Артур! - спокойный, чуть уставший голос, мгновенно напрягся. - Ты где, черт побери?! Я тебе на пейджер уже обзвонился!

- Я его дома забыл, - глупо, как-то по школьному, сказал Артур, и сам же этому улыбнулся.

- А мобильный твой почему не отвечает?

- Не знаю, - Артур бросил взгляд на маленький аппаратик, прикрепленный к брючному ремню, и только теперь заметил, что он не включен.

- Артур, что мне заказчикам говорить, а? Когда ты логотип сделаешь? Там работы-то на полдня, а ты уже месяц тянешь!

- Я сделаю, все сделаю, - вяло начал Артур, но Олег перебил.

- Слушай, что с тобой происходит, а? - голос постепенно раскалялся.

Артур практически увидел напротив себя тонкое, породистое лицо Олега, голубые, чуть навыкате глаза, тщательно обрамленные тонкой золотой оправой очков, аккуратнейшая стрижка за сто пятьдесят баксов, самодостаточный галстук неживого цвета и белая-пребелая, белее некуда - рубашка.

- Что происходит, Артур? - молчание в трубке насторожило Олега. - Ты где?

- У Иры.

- О, Господи, ну что ты там делаешь?! - в голосе Олега прозвучала неприкрытая брезгливость, он терпеть не мог настолько глупых и крикливых баб. Почти полгода он постоянно жил с невесомой, невидимой и неслышимой русской китаянкой Лилей.

- Да мне что-то фигово стало как раз на Краснопресненской... на Баррикадной, вот я к ней и зашел. Я вообще-то на работу ехал, - зачем-то соврал Артур.

В смысле, плохо? - забеспокоился Олег. - Опять? Как тогда?

Не совсем... это что-то другое... не по телефону.

Будь там, я, как освобожусь, сразу же за тобой заеду.

Артур повесил трубку, и посмотрел на винную этикетку. Там было написано: "Хванчкараули". Артур перечитал название восемь раз. "Хванчкараули" и все тут. Он налил "Хванчкараули" в стакан и посмотрел на свет: довольно симпатичное, красненькое, с хорошим чувством юмора винцо...

Из ванной наконец-то вылезла Ирка. При виде нее, Артур едва не отправил глоток "Хванчкарулей" обратно в стакан. "Так вот, значит, какой он, ореховый блондин", - подумал Артур, и закашлялся.

- Ну, как тебе? - Иришка кокетливо тряхнула хлипкими, пережженными прядками. - Здорово, да?

- Угу, - Артур перевел дух, закуривая. - Слушай, что это такое?

Он щелкнул пальцем по винной этикетке.

- Да ты что? - она округлила по-кошачьи желтые глаза, - это же такое известное вино, самое любимое этого... как его? В общем, какого-то Ленина. Слушай, я тебе звонила, на автоответчике, наверное, целую кассету стратила, и на пейджер звонила...