Министры странных дел - Гончаров Анатолий

Гончаров Анатолий

Министры странных дел-

Исторический детектив.

– Рига, 2013, 18 с.

Очерк популярного рижского писателя из серии «Голые короли», публикуемой в газете «МК Латвия». На

этот раз речь пойдет о «реформе» российской системы образования, заказанной МВФ и о тех, кто эту

реформу продвигает.

Анатолий ГОНЧАРОВ

МИНИСТРЫ

СТРАННЫХ ДЕЛ

Банальные советские хохмы по поводу «загнивающего Запада» оказались

пророческими. Гниет и разлагается все, на чем держалась жизнь. Девальвируется

мораль. Обесценивается смысл самой жизни. Любовь, семья, вера, честь, совесть - все

рушится под натиском «однополых» циклонов с ласковыми именами, порождаемых

агонизирующей цивилизацией. После них хоть потоп.

Гнилые филологические ветра выстудили родную речь. Жест и междометия

заменили слово. Грянул нравственный дефолт была стилистическая разруха в головах

политиков, а стала глобальной катастрофой «воязыцех». Где тут причина, а где

следствие?

В России целеустремленно уничтожают систему всеобщей грамотности: к чему

стадам дары свободы?.. Концепция «модернизации» народного образования

заключается в том, чтобы избавить детей от излишних знаний, поскольку жить они

будут в постиндустриальном «обществе услуг». Не смешно ли?

Министр образования и науки, усердный маньяк-реформатор Андрей Фурсенко

поменял местами причину и следствие: сегодня система образования плоха, потому

что была слишком хороша для советского прошлого. Вот цитата из презентованной им

в 2007 году модели «новых образовательных стандартов»: «Недостатком советской

системы образования было стремление формировать человека-творца, а сейчас

задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя». Очень

смешно.

Но это еще не причина. Ее озвучил истовый борец за тотальное разрушение основ

традиционной школы, директор Федерального института развития образования,

академик РАО Александр Асмолов: «Поколению неудачников и нищих, этому «быдл-

классу», потерявшему всякое право наставлять на «путь истинный» других, давать

детям «уроки добра и справедливости», не нужна школа. Зачем, если вся наша

история, вся культура - это цепь неудач и позора?»

И далее - глумливым полушепотом сутяжно-параноидального шизофреника,

«между нами говоря» сообщавшего: «Понимаете, если максимально разгрузить объем

школьных программ, то высвобождаются сотни часов для платных школьных курсов.

По прогнозам уважаемого ректора Высшей школы экономики Ярослава Кузьминова,

это дало бы нам возможность получить от российских семей дополнительные семь

миллиардов долларов...».

На этом Асмолов истерически захихикал, вывернул наизнанку мокрые губы и

закатил глаза: вы только представьте себе - семь миллиардов!..

Сутяжно-параноидальная шизофрения «академика от коммерции» не притянута за

уши. В кармане Асмолова лежало медицинское заключение, на основе которого ему

было рекомендовано пройти курс лечения в одной из психиатрических клиник Израиля

(отечественные, похоже, не справились с недугом).

Не надо знакомиться с диагнозом - довольно взглянуть на него самого.

Петербургский публицист и литературный критик Татьяна Кондратович взглянула и

содрогнулась: «Академик представился мне совершенно полным и откровенным

олигофреном. С одной стороны, похож на Голду Меир, когда она была киевской мадам

Меерсон, с другой, ни прибавить, ни убавить: законченный дебил с неизменной

струйкой липкой слюны, капающей на воротник».

Дебил - дебилом, а выгоду свою знает. Именно он рекомендовал ректора

Московского института стали и сплавов Дмитрия Ливанова на пост главы Минобрнауки

вместо Андрея Фурсенко, не оправдавшего доверия теневых кураторов. Придирчивые

кураторы сидели не в Москве, а в Вашингтоне - на директорском этаже

Международного банка реконструкции и развития. Они платили, они требовали

быстрых, шоковых реформ. С дальним прицелом на приватизацию среднего и высшего

образования в России.

Благодаря энергичным усилиям министров странных, дел и серых кардиналов от

Академии педагогических наук и Высшей школы экономики Россия, занимавшая,

поданным ЮНЕСКО, третье место в мире по интеллектуальному потенциалу

молодежи, за несколько реформенных лет съехала на 40-ю строчку.

Идеологу «Форсайт-проекта» Александру Асмолову, яростно внедрявшему в

российские школы фантастически безграмотные соросовские учебники по литературе,

истории, культурологии, американские кураторы оплатили лечение в Израиле.

Шизофрению укротить не удалось и там, зато был диагностирован целый букет новых

«паранойяльных синдромов, отягощенных латентной педофилией».

Пациент вернулся в Москву, не утратив реформаторского подвижничества, однако

под воздействием «пирогенной терапии» с применением сульфозина больше не

напоминал Голду Меир ни с какой стороны. Дебил как дебил.

Задание для Ильи Муромца

Нельзя сказать, что Асмолов и прочие «модернизаторы», входившие в Российский

общественный совет по развитию образования, служили вашингтонским банкирам

только за гранты. Планы партии - страхи народа. Страх разоблачения академической

несостоятельности просто вынуждал их оставлять на ниве народного образования

выжженное русское поле.

Кураторы уличили их в плагиате и держали на этом крючке. Асмолов поначалу

возмущался и протестовал, ссылался на свои степени, звания и награды, но

угомонился, как только ему на раз-два доказали, что докторскую диссертацию он

списал у некоего Кауфмана. Закатывая безумные глаза, выдвинул аргумент:

- Я не виноват, что наши с ним взгляды на усовершенствование методики учебного

процесса совпадают. Методика должна быть методичной, но причем здесь какой-то

Кауфман, которого я знать не знаю?

- Не переживайте, Алекс. Кауфман тоже списал свою диссертацию, вы лишь один

из многих участников цепной реакции плагиата, а не разоблачили вас только потому,

что вы входите в состав аттестационной комиссии. Вам нужны подробности?

- Вот и доверяй после этого новому научному слову в педагогике, - сокрушенно

молвил Асмолов. - Что делать, жизнь такая, и мы такие. Ветер в харю, а мы шпарим. Я

скорблю.

- Довольно, Алекс! Вы готовы стать проводником наших идей в реформировании

системы, образования в России?

- А замануха-то в чем?

- В деньгах, Алекс, в больших, деньгах.

- Я готов! Готов ради этого стать воином ислама, транслировать первоклассникам

идеи джихада.

-Транслятором идей будет Высшая школа экономики; исполнительная дирекция по

внедрению реформ - Министерство образования и науки; представитель

Международного банка реконструкции и развития, то есть наш человек под крышей

ВШЭ - Исаак Фрумин. А вам отводится роль главного идеолога форсайт-проекта,

призванного упразднить три ключевых принципа образования, культивируемых в

России еще с советских времен. Это всеобщая доступность, бесплатность и

фундаментальность.

- Позвольте я запишу.

- Нет необходимости, вы получите подробные инструкции от Фрумина, а главное

запомните и так: социализм в России закончился, а коммунизм даже и не ожидался.

- Истинно так! Ветер в харю, а мы, шпарим.

- Тем не менее, в вашей нищей стране учатся 38,6 процента подростков до 16 лет,

что им абсолютно противопоказано. На среднее образование государство тратит

больше, чем на высшее. Где такое видано? А сколько средств уходит на содержание

ПТУ? Вы знаете сумму ассигнований?

- Знаю. Чертова уйма. Их кормят, поят, одевают, а потом они уходят в бандиты и

грабят нас, самоотверженную интеллигенцию. Волчий вой оборотней устремлен к

восходящей на седьмое небо Луне...

- Стоп, Алекс! Подавляйте в себе когнитивный диссонанс. Сосредоточьтесь на

деле. От нас с вами Международный банк требует конкретных действий: ликвидации в

России спецшкол, гимназий и лицеев, свертывания преподавания гуманитарных и

фундаментальных наук, потому что это непозволительная роскошь. Такая же

безрассудная роскошь - сметное финансирование общеобразовательных школ.