С первого взгляда - Шейла Бишоп

Шейла Бишоп

С первого взгляда

Глава 1

ЗЕЛЕНОГЛАЗОЕ ЧУДОВИЩЕ

Станция находилась в некотором удалении от города, на излете ухабистой дороги, что указывало на полное равнодушие властей графства к удобству путешественников. София Беренджер печально смотрела вдаль. Мартовский ветер, поднимая тучи песка, жалил веки; девушка замерзла. Четверо или пятеро пассажиров растворились на фоне местного ландшафта, кто пешком, кто на велосипедах, контролер спрятался в свою будку, и Софии казалось, что она забралась на самый край земли. Отступив на несколько шагов под станционный навес, она внезапно столкнулась с молодым человеком, только что вышедшим с платформы.

Мужчина был так хорош собой, что София, позабыв о своем раздражении, с удовольствием окинула его взглядом. Лет тридцати, высокий и худощавый, во всей фигуре чувствуется энергия и готовность к прыжку, отличающая породистых грейхаундов. У него было решительное лицо и удивительные, медно-каштановые, пламенеющие тусклым огнем волосы; подстриженные очень коротко, они завивались на макушке.

Оба были захвачены врасплох и несколько секунд молча таращили глаза друг на друга. Девушка, тоненькая, стройная брюнетка, внешностью обладала не менее броской, чем у медноволосого незнакомца.

Молодой человек применил старый, как мир, гамбит:

– Вы кого-то ждете?

– Разумеется, нет, – насмешливо отозвалась София. – Просто стою здесь, на выстуженной станции, ради забавы. Развлекаюсь. – Она не была расположена знакомиться с предприимчивым повесой, пусть даже таким красивым.

– Какая жалость, – совершенно не смутившись, сказал он. – Я-то надеялся, что вы окажетесь некой мисс Беренджер, потому что, если это не так, значит, она опоздала на поезд.

– О! – смутилась София. – Это я. Я не поняла, что вы приехали встретить меня. – (Да и как она могла это понять, если он появился с платформы позади нее?) – Я думала, обо мне забыли. Жду здесь целую вечность…

– Прошу прощения, я не должен был заставлять вас мерзнуть. Просто мне пришлось заглянуть в офис к начальнику станции, чтобы справиться о посылке, потерявшейся где-то в пути. Позвольте, я возьму ваш багаж. – Он взял у нее из рук сумку и направился к стоянке, где был припаркован старенький, но ухоженный «эм-джи» <«Эм-джи» – марка легкового автомобиля компании «Ровер груп». (Здесь и далее примеч. пер.)>. – Кстати, меня зовут Руфус Ленчерд, – представился наконец молодой человек, открывая для девушки дверцу машины. – Мы очень рады, что вы смогли приехать.

Значит, он – один из Ленчердов! Эту фамилию София впервые услышала на работе, в «Высшей школе поваренного искусства, лимитед» в Найтбридже, когда шеф, щелчком подтолкнув к ней лист дорогой почтовой бумаги, сказал: «Придется вам прогуляться в Ринг».

Письмо пришло из «Египетского дома» в Ринге, из штаб-квартиры Фонда Уильяма Ленчерда, и было подписано: «Уильям Ленчерд, помощник директора». Автор просил прислать к ним компетентного повара, чтобы приготовить легкий ленч и изысканный ужин на тридцать человек. «В доме достаточно прислуги, кухня оборудована прекрасно». Последнее заверение София восприняла с долей скепсиса: большинство клиентов не имели ни малейшего понятия о том, что должна представлять собой «прекрасно оборудованная кухня». Впрочем, ей было не привыкать – София по праву считалась первоклассным поваром и неплохо зарабатывала, усердно разъезжая по сельским домам, где проходили свадьбы, танцы или более щедро оплачиваемые коктейль-пати. Она не знала, что празднует Фонд Ленчерда, и очень смутно представляла себе, чем это общество занимается; вроде бы оно было связано с благотворительностью и просвещением.

Молодой человек, назвавшийся Руфусом, помог Софии устроиться в машине. Вскоре они распрощались с неприветливой, продуваемой всеми ветрами станцией и покатили по сельской местности, дышавшей теплом и жизнью, несмотря на суровость мартовской погоды. Слева от дороги расстилались обширные поля, милях в трех виднелись деревья на склонах Гризденских холмов, темной полосой высившихся на горизонте. Справа, между рощей и заливными лугами, бежала река Аза. Они добрались до разрушенного аббатства с массивными стенами и круглыми готическими окнами-розетками, пустыми глазницами смотревшими в небо. На руинах росли бледно-желтые нарциссы, пара геральдически неподвижных лебедей застыла в камышах пруда.

– Какая красота, – вздохнула София.

Руфус видел ее нежный профиль, отраженный в зеркале. Пряди черных волос, стильно подстриженных, упали на лоб девушки, кожа цвета лепестков магнолии белела над воротником шикарного ярко-красного пиджака.

– Надеюсь, мы ничего не перепутали? Вы действительно повар? Это кажется совершенно невероятным!

София привыкла к такой реакции работодателей.

– Я очень избалованный повар, который не любит мыть посуду. В этом вся разница. Что за вечеринка у вас намечается? Юбилей?

– Всего лишь собрание членов попечительского совета, такое случается два раза в год. Раньше мы приглашали владельца местного ресторана, но он удалился от дел.

– Понятно.

Они уже ехали через Ринг – оживленный торговый городок из серого камня с высокими крестами над величественными церквями. Большинство старинных магазинчиков претерпели значительные изменения: на фасадах появились зеркальные витрины, но покупатели по-прежнему выходили прямо на проезжую часть – тротуары так и остались по-средневековому узкими.

На окраине города машина свернула на аллею, ведущую к белому зданию, расположенному на склоне холма. Это был громадный особняк эпохи Регентства, отличающийся от тех, что можно увидеть в Англии. Его большие железные балконы и витиеватые колонны скорее напоминали о кварталах Брайтона и отдавали восточным колоритом – обычное увлечение всех «египтян», вернувшихся на родину после Битвы на Ниле <Битва на Ниле – сражение у острова Абукир в дельте Нила (1798) во время Египетской кампании Наполеона. Английский флот под командованием контр-адмирала Горацио Нельсона нанес тогда сокрушительное поражение французам.

– Удивительный дом. Ваша семья всегда здесь жила?>. Результат был, несомненно, довольно специфический, и все же дом имел тонкое очарование некрасивой, но чертовски обаятельной женщины.

– Вот это да! – с благоговением произнесла София, вылезая из «эм-джи».

Они вошли в холл, и ее постигло разочарование – вместо ожидаемой роскоши здесь царила институтская атмосфера: голые стены, пустынные коридоры, двери с табличками «Экзаменационная», «Помощник директора» и торопливый стук пишущих машинок за ними.