Связанные берегом - Ирина Фарова

Ирина Фарова

Связанные берегом

Глава 1

Я прошлась по второму этажу, заглядывая в каждую комнату. Здесь было оставлено много воспоминаний о бессонных ночах проведенных над кроватками детей. Сколько было споров, чтоб они убирали игрушки и вещи на свои места! Или как я в шкафу с постельным бельем как-то нашла ящерицу, которую притащил Егорка и там ее поселил. Это сейчас вызывало улыбку, а тогда был ужас.

Или вот комната Анюты. На манекене бальное платье, которое мы с ней так и не дошли для первых танцев. Она обещала это сделать уже без меня.

И последняя комната — это наша спальня. Я не хотела туда заходить. Как пришло звуковое сообщение от мужа, то я ушла из спальни и переехала в гостевую комнату, где и жила последние две недели, надеясь, что все окажется страшным сном. Но сейчас мне нужно было войти в эту комнату, чтоб в последний раз закрыть за собой дверь и больше не вспоминать.

С Матвеем мы познакомились, когда я после учебы проходила практику в ателье. Он пришел заказать новый плащ. Высокий и крупный мужчина из-за габаритов не мог одеваться в магазинах готовых костюмов, поэтому все шил на заказ. Веселый, добрый, заботливый — он мне понравился. Даже не так, я довольно быстро влюбилась. Матвей не скрывал, что волх. Но все же знали, что волхи редко находят себе истинную пару. Поэтому я и рискнула. Рискнула на двадцать лет брака. Мы с ним многое прошли за это время. Вырастили двух детей, построили этот дом.

Счастливый ли брак? Думаю, что да. Мне казалось, что Матвей меня любил. Хоть немного, но любил. Никогда не ссорились. Он часто смеялся: открыто, заразительно. И совместные ночи у нас были довольно страстными. Матвей были идеальным мужем, который никогда меня не обижал и старался на благо семьи. Но потом пришло сообщение, что в командировке он встретил свою истинную пару.

А как же я? Как же наш дом? Как же дети? В голове тогда роились вопросы, на глазах наворачивались слезы, а я слышала его голос, который с незнакомым для меня восторгом рассказывал, как он познакомился с любовью всей его жизни. Рассказывал, что только с ней он нашел покой, о котором мечтал. Покой. Для меня наша семья была идеальной, а для него она была другой. Скорее обязанностью. Нужностью для того, чтоб не угас род.

Я все же нашла в себе силы, чтоб перешагнуть порог нашей спальни. Здесь теперь было царство пыли и пустоты. Перед глазами возникли воспоминания, как мы с ним вместе засыпали. Как я все время на него обижалась, что он не хочет меня обнимать. Матвей тогда говорил, что у него рука затекает. А еще я вспомнила, что никогда не видела его потерявшим контроль над зверем. Тогда я списывала на его внутреннюю силу, а сейчас я посмотрела правде в глаза — он просто меня не любил. Для него я была всего лишь исполнением физиологических потребностей. Да и в доме он не стремился что-то делать. Давал мне на откуп все дела, молча соглашаясь со всеми изменениями. Я думала, что так мы разделили обязанности, а на деле ему было все равно.

Сев на кровать, я посмотрела в окно, где яркое синее небо предвещало теплую и яркую весну. Холод скоро отступит, а его место займет тепло. У окна вновь появятся птички, которые будут петь о любви и их будет слушать уже другая женщина. Не я.

Как ни странно, но боль отошла. Мне надо было его отпустить. Пожелать счастья и уйти, как будто меня и не было в его жизни. Так будет правильнее всего.

Теперь дверь закрыта. Дверь в прошлое. А что меня ждет дальше? Как жить? Об этом можно будет подумать позже.

Вначале я хотела уехать к родителям. Сейчас мне казалось это не очень хорошей идеей. Так же как и пожить какое-то время у сестры. Я боялась столкнуться с жалостью к моему новому положению или к осуждению, что связалась с волхом. Мне же это было не нужно.

За окном начиналась весна. Я была свободна от всех проблем и условностей. Так почему мне надо было одевать на себя черное платье вдовицы или серый костюм старой девы? Я хотела свободы. И никто меня за это бы не осудил.

На первом этаже меня поджидал Матвей. Он стоял в коридоре около входа. Я не хотела громких прощаний, поэтому решила уехать, пока Аня была еще в школе. Егор еще осенью уехал в военную академию, поэтому я не стала его ставить в известность о том, что мы с Матвеем расходимся.

— И где твои вещи? — спросил Матвей.

— Вон, сумка, — кивнула я в сторону сумки среднего размера.

— Так мало?

— Не хочу ехать с чемоданами. Шкафы я освободила. Оставила лишь постельное белье.

— Как скажешь. Куда теперь поедешь?

— К морю. У меня билет до Побережья.

— Я тебе через пару дней открою счет на твое имя.

— Не надо. Оставь эти деньги для Ани. Я сама справлюсь.

— Точно?

— У меня же есть пособие, как деньки. Этого хватит, — ответила я. — И провожать меня не надо. Я сама доеду до вокзала. У тебя и без этого проблем хватает.

Матвей кивнул. Настороженно смотрел на меня, словно ожидал от меня подвоха. Какими бы не были договоренности вначале отношений, но женщины часто о них забывали. Когда приходило время расставаний, то часто случались истерики и скандалы, которые потом гуляли в сплетнях по всему городу и за его пределами.

— Жень, волосы, — напомнил он.

— Совсем о них забыла. — Я взяла ножницы, которые лежали при входе, чтоб перерезать бечевку посылок и упаковок. — Отрежешь?

Мне показалось или он действительно улыбнулся? Улыбнулся. Явно вспомнил, как мне на празднике обмена браслетами косу заплетал. Такое наплел, что я потом с трудом волосы расчесала.

Ножницы перерезал косу. Понятно, что теперь прическа будет оставлять желать лучшего, но я не переживала по этому поводу. Морально к этому подготовилась. Сняла браслеты и положила их на тумбочку перед входом.

— Вроде все, — ответила я.

— Не злишься? — спросил Матвей.

— Нет. Я за тебя рада. Матвей, годы, которые мы провели вместе, это дорогие годы для меня. И я хочу, чтоб ты почувствовал тоже самое, что и я. Хочу, чтоб ты был счастлив.