Под долгом королевской крови - Жозефина Ллойд

Под долгом королевской крови

Глава 1

Тёмные ветры с силой раздували прозрачные шторы и заносились в комнату, пугая одинокую свечу, что отбрасывала свои мрачные тени на стену. Бумаги на столе начали колыхаться, готовясь вот-вот взлететь и исчезнуть за окном, но лёгкая рука легла на них и сверху положила тяжёлую книгу.

Вечер выдался спокойным, но слегка прохладным. Дочитывая книгу, светловолосая девушка взглянула в окно. Кругом темнота и лишь вдалеке горели факелы. На душе было, как-то неспокойно, что-то тревожило её, но задумавшись она вновь погрузилась в книгу.

Дверь в комнату отворилась и зашла женщина. Её светлые волосы были аккуратно уложены. На голове красовалась диадема с изумрудными камнями. Её тёмно-зелёное платье с золотистой вышивкой и тугим корсетом, сидело на ней восхитительно. Девушка не часто видела мать в платьях другого цвета. Тёмно-зелёный — это то, что она считала частью себя. Слегка приподнятый подбородок и гордая осанка говорили о том, что эта женщина чрезмерно сильная и независимая личность. Но её единственная дочь знала, что это не совсем так. Когда они оставались наедине, королева мать слегка выдыхала, и её строгое лицо менялось на шкодливую улыбку.

Она также являлась, единственной дочерью и по наследству от своей матери переняла её силы. В народе их называли — лесными нимфами или же дриадами. А недоброжелатели — зелёными ведьмами.

Королева Астрид медленно прошла к дочери, что ловко подскочила и слегка склонила голову перед своей королевой.

— Ты занята чтением? — она еле заметно улыбнулась. Оставшись довольна тем, что дочь так много времени посвящает чтению и учёбе.

— Да, матушка, уже заканчиваю.

— Присядь же, — она подошла к ней со спины и начала перебирать волосы.

— На ночь собирай волосы в тугую косу, иначе они превратятся в полное безобразие.

— Да, я собиралась это сделать.

Королева томно выдохнула, будто была обеспокоена чем-то. И правда на душе царил странное неспокойное предчувствие.

— Что-то случилось, матушка? — дочь спросив повернула к ней голову.

— Мне немного неспокойно на душе. Что-то волнует меня, но кажется без причины. Не забивай голову дитя, — она ласково повернула её голову прямо и продолжила собирать волосы в тугую косу.

— Моя королева, вы ведь поговорили с отцом по поводу моей женитьбы? — девушка подкусила нижнюю губу.

— Далия, прошу не называй меня так, когда мы вдвоём, — она закончила плести, и прошла к окну обернувшись на дочь.

— Прости, мама, — девушка ловко подскочила к матери и юркнула под её руку.

Поцеловав крепко дочь в голову, королева-мать взглянула в глаза дочери.

— Ты можешь не беспокоиться, твой отец дал ответ ещё несколько дней назад. Что Вальгарду не на что даже надеяться. Не волнуйся, мы никогда не отдадим тебя за него замуж. Они чрезмерно тёмные и всё их королевство, — она прижала дочь крепче к себе. — Пока я жива, я не позволю этому случиться. Ты мой единственный цветочек, и я отдам тебя лишь самому надёжному человеку.

— Я благодарна, мама, — дева шумно выдохнула. И не могла отрицать того, как ей стало спокойнее.

— Но всё же, тебе уже девятнадцать и вскоре ты должна будешь готовиться к этому. Дети королевских семей рождены для того, чтобы укреплять своё королевство и свою власть. Мой отец говорил, что вся моя жизнь — жертва, а я в ней — пешка. Но благо мне повезло, и я сразу же влюбилась в твоего отца, — она улыбнулась. — Я обещаю, что ты выйдешь только за того, кого любишь, — мать ласково взяла дочь за руку. — И никогда не думай, что ты — пешка в этой безжалостной игре. Ты — будущая королева.

Королева Астрид вновь посерьёзнела. Она поистине переживала за свою дочь. Как сложится её судьба. Будет ли она счастлива. И как в дальнейшем будет жить вместе со своим даром. Ведь она знала, насколько люди жестоки и сколько она получала злости в свою сторону.

И когда на свет появилась её дочь, с первым криком всё живое, цветы и растения пустили новые побеги и расцвели с новой силой. Все сразу же стали шептаться, что малышка унаследовала силу матери. Она тоже являлась лесной нимфой. С детства все завядшие цветы после её прохода оживали. Она многому дала вторую жизнь.

Пока Далия не ощущала всю полноценность своей силы и даже не особо пыталась, поскольку мать предупреждала быть аккуратней. Многие люди злы и коварны и лишние слухи ни к чему. Когда придёт время, она ещё успеет ощутить всю свою силу сполна.

Слухи о силе и красоте принцессы разносились быстро и от этого много, кто хотел её себе в жёны. Один из них — Вальгард. Сын Бранда — короля тёмного королевства. Они хотят получить, как можно больше силы и власти. Разоряя мелкие деревни и устраняя всё на своём пути. Благодаря чему они и прославились, как тёмные и злостные. Фосфольт все старались обходить стороной, ведь даже его жители лишний раз не выходили на улицу.

Но в Лейхельме всё было по-другому. Все старались уважать и ценить друг друга, поскольку сам король и королева задавали такой тон общения. Сама королева не боялась прогуливаться по улочкам своего города. В их королевстве все относились к королевской семье с уважением, поскольку никогда не знали от них зла. Все очень любят юную принцессу, ведь она несёт в себе свет и жизнь всего растительного мира.

Не зря же её имя — Далия — цветок долины. И одно, королева знала точно, пока она жива, никто не посмеет обидеть её дитя.

Заглянув в зелёные светящиеся глаза, королева Астрид видела в них себя. Уголок её губ приподнялся, и она провела по длинным шелковистым волосам девушки.

Вдруг её лицо нахмурилось и уставилось в открытое окно, будто всматриваясь или же вслушиваясь.

— Что такое, мама? — принцесса обеспокоенно уставилась на королеву.

Она положила ладонь на сердце и стала шумно дышать.

— Я что-то чувствую. Природа говорит о чём-то. Она встревожена.

Женщина выглянула в окно и пыталась отдышаться.

— Матушка, — Далия ухватила её за руку. — Аккуратней.

— Что-то не так. Я это чувствую, Далия. Ветер принёс плохую весть, что-то шепчет.

— Но, что произошло?

Королева Астрид положила руку на живот и, расширив глаза вслушивалась.

Вдруг она резко выглянула из окна и увидела вдалеке дым.

— Они жгут лес, — в глазах женщины читалась вся боль, что переполняла её. Ведь природа такое же её дитя,