Не говори шефу - Влада Чернева

Влада Чернева

Не говори шефу

1. Добро пожаловать!

Меня зовут Ольга Сергеевна, но, конечно, для своих я просто Олечка. А вы как хотите, так и зовите. Только не Олигатор. Так меня типа в шутку называл мой бывший начальник, который был уверен, что я «разрываю конкурентов на части». Хотя на деле я чаще разрывала ночами своё одеяло, мечтая об отпуске, стабильной зарплате и начальниках, не фанатеющих от таких прозвищ.

Мне двадцать девять, и я всё ещё ищу своё место в жизни. Пока что это место напоминает мозаичный пазл, в котором не хватает пары важных кусочков, вроде нормальной работы и личной жизни. Личное, к слову, у меня пока на паузе. Последний ухажёр оставил меня ради блогерши, которая учила варить кашу без сахара и соли. Если честно, я и рада: представьте себя рядом с человеком, который говорит фразу «овёс на завтрак — путь к успеху».

Но не будем о грустном. Я профессионал в сфере SMM, то есть человек, который знает, как правильно упаковать ваш бизнес в блестящую обёртку и продать миру. Последние семь лет я активно занималась этим, пережив парочку токсичных агентств, один стартап, который благополучно умер, и десятки «горящих дедлайнов».

Теперь я стояла у двери офиса «МагикМедиа», компании, которая предлагала нечто особенное. Про них ходили легенды: волшебные технологии, кампании, которые взрывают интернет, клиенты, готовые платить миллионы за каждую идею. Единственное, что смущало, — вакансия главного специалиста в отделе SMM, которая открывалась подозрительно часто.

Ну, Оля, — подумала я, поправляя вырез своего строгого синего платья, — хуже, чем в прошлом месте, точно не будет. Главное, не забыть про … Я забыла про что главное не забыть. Ну да ладно.

* * *

Офис «МагикМедиа» встретил меня сдержанным шиком. Первое, что бросилось в глаза, — зеркальные стены, отражающие потолочные светильники в форме капель. Всё выглядело так, будто я зашла в футуристический фильм. Но моё внимание быстро переключилось на ресепшн, где сидела девушка с модельной внешностью и кукольной улыбкой.

— Добрый день, вы к нам? — спросила она таким тоном, словно я пришла покупать яхту.

— На собеседование, — ответила я, автоматически выпрямляя спину.

Её взгляд проскользил по мне, задержавшись на сумке, которая уже пережила три модных сезона.

— Владислав Андреевич вас ждёт, — сказала она, нажав что-то на панели.

И тут я услышала шипение. Дверь лифта, такого же зеркального, как и всё вокруг, открылась с лёгким звуком, словно это был вовсе не лифт, а какая-то космическая капсула. Я вошла внутрь, и двери закрылись за мной с тем же пугающим шипением.

— Ну, привет, хай-тек, — пробормотала я, пытаясь подавить легкую панику.

Лифт взлетел так плавно, что я почти не заметила движения. Через несколько секунд я оказалась на двадцатом этаже. Передо мной раскинулся коридор, мягко освещённый золотистыми лампами. Напротив стояла дверь с минималистичной табличкой: «Владислав Андреевич».

«Так, Оля, соберись», — мысленно приказала я себе, стукнула один раз и вошла.

Кабинет оказался огромным. Всё в нём словно кричало о стиле: стеклянный стол с каким-то светящимся узором, стены, которые переливались от чёрного к серебристому, и гигантская светодиодная панель, показывающая рекламные ролики, которые мгновенно захватывали взгляд. Но, несмотря на всё это великолепие, я не могла оторвать глаз от самого Владислава Андреевича.

Он сидел за столом в идеально подогнанном чёрном костюме, слегка расслабленный, но с таким выражением лица, будто контролировал каждую деталь этого мира. Его тёмные волосы, уложенные будто случайно, и пронизывающий взгляд создавали образ мужчины, который знает, как добиться своего.

— Ольга Сергеевна, — произнёс он с лёгкой улыбкой, и я сразу почувствовала, как у меня внутри что-то дрогнуло. — Проходите, садитесь.

* * *

— Итак, Ольга Сергеевна, — начал Владислав Андреевич, откидываясь в своём кресле и внимательно разглядывая меня так, будто я была выставочным образцом. — Расскажите немного о себе. Какой у вас опыт? Почему решили заняться SMM?

Я кивнула, стараясь не выдать свою нервозность.

— Мой путь начался в агентстве полного цикла, где я занималась созданием контента и стратегий для малого бизнеса. Затем я перешла в компанию, которая специализировалась на продвижении B2B, и за три года работы там я освоила аналитические инструменты, разработала несколько успешных кампаний и даже создала парочку вирусных кейсов.

— Вирусных кейсов, — повторил он, чуть кривя губы в усмешке. — Вы имеете в виду ролики с танцующими собаками или бесконечные «котики против всего мира»?

Я замерла на секунду, но тут же собралась.

— Нет, — ответила я твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — Это был проект для IT-компании, где мы интегрировали нестандартные визуальные эффекты в рекламные материалы и использовали интерактивные механики. Кампания привлекла более пятисот тысяч органических просмотров.

Он хмыкнул, будто был не до конца впечатлён.

— Звучит хорошо. А как насчёт вашего подхода? Что, по-вашему, такое настоящий SMM?

Я почувствовала, как внутри закипает легкое раздражение. Ещё один из тех, кто считает, что в моей профессии ничего серьёзного нет.

— Настоящий SMM, — начала я, стараясь говорить уверенно, — это не только про красивые картинки и смешные тексты. Это комплексный подход к тому, как бренд общается с миром. Это стратегия, которая включает анализ, креатив, тонкое понимание аудитории и умение подстроиться под быстро меняющиеся тренды.

Владислав скрестил руки на груди и чуть наклонил голову, разглядывая меня с явным интересом.

— Значит, вы верите, что это работает? — спросил он, и в его голосе звучало лёгкое издевательство. — Простите за откровенность, но у меня складывается впечатление, что половина тех, кто работает в SMM, это тупые курицы. Они всю жизнь постили свои завтраки и милых котиков, а потом вдруг решили, что теперь могут обратить на себя внимание Вселенной.

— Это не так, — выпалила я, чувствуя, как злость постепенно вытесняет волнение. — Возможно, есть такие примеры, но профессиональный SMM — это искусство. Это то, что заставляет людей не просто посмотреть, но и запомнить, заинтересоваться, а иногда даже изменить своё мнение о продукте или бренде.

— Искусство, говорите, — повторил он, и я заметила, как его взгляд скользнул по моим ногам, будто подтверждая, что у искусства есть много форм. — Ну, хорошо. Но вы ведь понимаете, что этот отдел существует исключительно потому, что мой партнёр убеждён: нам нужно быть «модными».

— Вы лично так не думаете? — спросила я, слегка наклонив голову.

Он усмехнулся.

— Лично я считаю, что если продукт хороший, он продаёт себя сам. Но, возможно, вы сумеете меня переубедить.