Зеркало - Олег Малахов

Малахов Олег

Зеркало

Олег Малахов

"Зеркало"

ОТ АВТОРА :

Этот рассказ я посвящаю Наташеньке Свирюковой, которая, сама того не подозревая, подала мне ту замечательную идею, что легла с основу сюжета.

Телефонный звонок прорезал тишину, царившую в квартире. Этот высокий и резкий звук быстро вывел Ярова из состояния оцепенения. - Да, - немного сонным голосом сказал Яров, подняв телефонную трубку. - Федор Тимофеевич, здравствуйте, - последовал ответ, - Что, не узнаете? - Да не особенно, - ответил Яров, который действительно никак не мог понять, кто же это звонит и отвлекает его столь наглым образом. - Презентацию последнего компакт-диска помните? Которая два месяца назад... - Ну, - оборвал Яров. - Я к вам подходил там. По поводу новой группы... - Помню, - произнес Яров, - Я обещал вам прослушивание? - Не мне, а группе, которой я занимаюсь... - Ну это понятно, - еще более грубо оборвал звонившего Яров, - Короче, приезжайте ко мне на студию. Там и поговорим. - Ребят мне с собой брать? - Каких ребят? - Группу мою... - Не нужно. Берите фонограмму и мы спокойно ее прослушаем. - Так нет фонограммы. - Что значит нет? - уже раздраженно произнес Яров, - Вам что, негде записаться? - Да..., - ответил собеседник, - Слушайте, может я не вовремя звоню? Может я вас отвлекаю? - Кстати, откуда у вас мой телефон? - вопросом на вопрос ответил Яров. - Так вы ж мне сами его дали, - удивленно сказал звонивший, - На презентации. - Чего-то не помню... Хотя, на презентации, особенно в конце, я мог и не такое сделать... - Ну это да... - засмеявшись, произнес собеседник, - Это бывает. - Ладно, - сказал Яров, - У вас есть адрес моей студии? - Есть. Вы и его мне тоже дали. - Хорошо... Сможете завтра ко мне подьехать? Часиков в одиннадцать? - Можно. Время-то есть. Было бы у вас желание... - Ну, я же обещал. - Значит, так и сделаем. Завтра, в одиннадцать часов, у вас на студии. Приеду с ребятами. - Отлично, - сказал Яров, - До завтра... - Спасибо. До свидания. - Угу, - промычал Яров и тут же повесил трубку. "Да... Пить надо меньше, - подумалось ему, - Сам дал этому шизику свой домашний телефон, да еще и адрес студии. Он теперь, наверное, на каждом углу будет рассказывать, что не такой уж я плохой, каким кажусь на первый взгляд." Яров поднялся с дивана и направился на кухню. "Надо бы отрубить телефон... Им же что говори, что не говори - все равно звонить будут. Конечно, без меня и дня не проживут... Ни минуты покоя!.. Может коньячку хлебнуть? Для храбрости. Все же, как не крути, нервничаю я. А с коньячком-то и полегче будет... Хотя, какой на хрен коньяк. Ведь ясно ж сказано - ни капли спиртного". Дойти до кухни Ярову, однако, не удалось. Телефонный звонок вновь, как нежданный гость, взорвал тишину квартиры. - Вот черт!!! - воскликнул Федор Тимофеевич и вернулся в комнату. Затем рывком снял телефонную трубку с рычага. - Да, - произнес он. - Алло! Федор Тимофеевич, это вы? - Да, - ответил Яров и закрыл глаза от нахлынувшего бешенства. Звонил тот же кретин. - Это снова я. Насчет группы... - Понял! - Тут понимаете какая проблема... Не смогут мои ребятки завтра к вам подьехать. Они сегодня новую композицию вместе пытались написать. Ну и дописались до чертиков. Я им звоню, а они и лыка не вяжут. - Очень хорошо, а я-то здесь причем? - Яров начал наматывать провод трубки на палец. - Так я говорю - не смогут они завтра к вам подьехать. Им же еще отойти надо. Тут не до деловых встреч... Может я один подьеду? - Послушайте, что вам от меня в конце концов надо? - не выдержав, заорал Яров. Копившееся весь день напряжение просто умоляло дать волю эмоциям. И Яров решил сделать такой подарок своей нервной системе. - Я ж вам ясно, на чистом русском языке сказал - приезжайте!!! Раз уж собрались - приезжайте! Меня мало волнуют алкогольные проблемы ваших ребят... - Простите, я, видимо, вам помешал, - произнес звонивший заметно упавшим голосом, - Я позже перезвоню. Тут Яров просто озверел. - Слушайте, катитесь вы... Со своим ансамблем... Еще раз позвоните и уже точно не один нормальный продюсер за вас не возьмется! Гарантирую! - с этими словами Яров повесил трубку. Затем нагнулся и вырвал телефонный шнур из розетки. - Теперь ты заткнешь свою пасть, скотина! - прокричал он в пустоту,Достал!.. Федор Тимофеевич перевел дыхание. "Так... Спокойствие и еще раз спокойствие. Совсем нервы сдали... Так нельзя. Мне сегодня так совсем нельзя. Иначе все псу под хвост".

*****

- Ну что, братец, догадался наконец-то отключить телефон? - с усмешкой произнес Ким и, недобро улыбаясь, прибавил, - Чего-то у тебя лицо какое-то бледное. - Когда ты вошел? - вздрогнув, спросил Яров,- Я даже и не заметил. - Да ты, по-моему, уже вообще ничего не видишь и не замечаешь. Последние мозги от страха спекаются, - ответил Ким. - Тебе-то легко говорить, - с горечью сказал Яров, - Тебе не нужно во все это лично влезать. На моем горбе хочешь вьехать. - Да что ты говоришь? - деланно всплеснул руками Ким, - Бедный ты мой и несчастный... Старший брат из кожи вон лезет, чтобы жизнь твою устроить, а ты даже помочь ему не можешь по-человечески. Вот она - благодарность! - Ладно, извини, - примирительно сказал Яров, - Сам понимаешь, что у меня сейчас с нервами. - Пора бы давно привыкнуть, - жестко произнес Ким и губы его сложились в тонкую линию, а глаза приобрели холодный блеск, - Ты сам всего этого хотел. Я лишь исполняю твое пожелание. - Я же уже извинился, - зло проговорил Яров, - Давай мы оба успокоимся и приступим к делу. - Ты хочешь сказать, что это тебе надо успокоиться. Я-то давно спокоен, - Ким склонил голову набок и лицо его исказила гримаса брезгливости, - По-моему, ты сегодня малость выпил... - Нет. Ты же просил меня в такие дни не пить, - спокойно произнес Яров, хотя сердце у него затрепетало. - Выходит, что мои просьбы на тебя теперь не действуют, - Ким продвинулся немного вперед. - Ну почему же... Действуют. Еще как... - в голосе Ярова чувствовалась неуверенность. - Нет, мой дорогой. Не действуют. Я же явно чувствую, что ты пил. - Не пил, - упрямо произнес Яров,- И не собирался. - И в мыслях не было? - на лице Кима вновь появилась злая усмешка. - Не было, - сказал Яров. - Не забывай - я все вижу, все чувствую, все ощущаю... - Ты за мной следишь? - А ты как думал... Слежу, конечно. Ты же совсем неуправляемый стал. - Так ты все это время был здесь? - видно было, что Яров пришел в сильное смятение. - Был, - сказал Ким. - Но... Как ты мог?.. Это же невозможно. - Теперь возможно. Еще как возможно. Яров растерянно посмотрел прямо в глаза Киму и попытался встать со стула. - Ты куда это? - угрожающе спросил Ким, - Я только начал... Ты совершил ошибку. Нарушил мой запрет. Нажрался, как свинья... - Я только немного выпил! - выпалил Яров. - Вот... Теперь уже орешь на меня. Выпил он немного... Отец тоже тогда немного выпил. А потом... - Послушай, я понимаю, что не прав и обещаю, что больше это не повторится, - поспешно прервал брата Яров. - Еще как повторится! - Ким перешел на крик,- Сиди на месте и слушай! Причем, внимательно и не перебивая. С тобой, между прочим, старший брат разговаривает. - Успокойся... Я не ребенок, чтоб на меня так орать, - сказал Яров, еще раз посмотрев на Кима. - Если ты и ушел от уровня ребенка, то не намного. Короче, придется тебя наказать, чтобы впредь не повадно было. - Не надо... - у Ярова непроизвольно приподнялись руки, как будто он пытался защититься. - Надо, братец. Сам же потом мне благодарен будешь. Ты же всегда оставался мне благодарен, так ведь? - Да... Всегда. Но сейчас, я тебя умоляю, просто успокойся и давай нормально поговорим. - О чем мне с тобой, уродом, разговаривать? Ты только один язык понимаешь - язык кнута. Пряником не тебя действовать бесполезно. Отец был идиотом. И ты такой же. И оба принесли только неприятности. Мне и маме... - Ким, остановись, я прошу... - Яров начал впадать в панику. - Сядь ровно и приготовься, - холодно и безо всяких эмоций сказал Ким. Весь его пыл как-будто сошел на нет. - Ким, прекрати... - Яров вдруг почувствовал, что по щекам невольно покатились слезы,- Я не хочу! Пожалуйста... Прости меня! Я не заслужил... - Мне лучше знать, - с этими словами, Ким начал приближаться. - Уйди, гад! - заорал вдруг Яров, даже удивившись своей смелости, и вскочил со стула, - Пошел вон! Ты не человек - ты ничто, пыль, прах!!! - Ошибаешься, родной, - тон Кима был крайне спокойным, - Вот как раз я - человек. В отличие от тебя. Яров стоял посреди комнаты. Слезы уже потоком лились по его небритым щекам. Он был в диком ужасе и это чувствовалось в каждом его движении и слове: - Ким... Кимушка... Родной... Ты же мой брат, - Федор Тимофеевич начал медленно становиться на колени, - Перестань. Ну пожалуйста... Пожалуйста, - руки Ярова молитвенно поднялись к брату, - Я все понял... Это я и только я во всем виноват. Я всегда во всем виноват. Всегда... И только я. - Верно, - с улыбкой, которую можно было даже назвать доброй, произнес Ким, - Кое-что ты уже понял. Но не все. Судьбу изменить нельзя. Однако, изменить человека можно. Даже такое мерзкое животное, как ты. Яров ощущал себя беззащитным ребенком перед своим братом. Он рыдал и его, бывшая до этого связной, речь превратилась в невнятное лепетание. Это был панический страх. - Встань с колен, - повелительно сказал Ким, - Встань и прими наказание. Будь мужчиной хотя бы раз в жизни. Яров распластался на полу и боялся даже пошевелиться. Его тело сотрясали рыдания. - Что ж, лежи, если хочешь. Ты же совсем как ребенок. Думаешь, что раз ты меня не видишь, значит спрятался в свою скорлупу и может даже уйдешь от наказания... А ведь не уйдешь, - голос Кима прозвучал совсем рядом с Яровым. Почти около самого уха. Несчастный мелко задрожал и еще более сжался. Теперь поза, в которой он лежал на полу, очень походила на позу зародыша в утробе матери. - Бедный мой мальчик, - нежно произнес Ким, - Чего же ты так боишься? Будет немного больно, а потом все обязательно пройдет. И ты уснешь... Увидишь маму, она тебя приголубит и пожалеет. Она-то тебя любит. Она только папу не любит. Да и меня... Последнее, что услышал Яров, был звон разбившегося зеркала...