Шоколадное море - Диана Дмитриади

Диана Дмитриади

Шоколадное море

Посвящается женщинам

Глава 1. Свободная или одинокая?

Осеннее московское утро… Дождь барабанит по стеклу и звук ударяющихся капель напоминает мне, что на часах уже половина восьмого, и если я хочу приехать в офис без опоздания, нужно вставать. Но выбираться из теплой постели на холодную улицу совсем не хочется.

Сейчас я бы с большим удовольствием зарылась в свое пуховое одеяльце и проспала бы до обеда, а потом спустилась бы в ресторан, недавно открывшийся на первом этаже в моем доме, и съела бы вкуснейший стейк с картофелем фри…

– Ева, – строго говорю я себе вслух, – заканчивай фантазировать и вставай! Никто за тебя на работу не пойдет, это раз, а два – ты все равно не можешь позволить себе есть такие продукты – стрелка на весах и так уже зашкаливает.

Это мой строгий внутренний голос, который временами прорывается наружу и отчитывает меня по полной. И ведь не поспоришь – голос абсолютно прав! И про работу, и про то, что если бы я могла хоть сколько-нибудь дольше недели продержаться на диете и ходить в спорт-зал, я могла бы запросто позволить себе и стейк, и бигмак да вообще все что угодно.

Силы воли мне не хватало ни-ког-да! Ни в школе, когда нужно было дать отпор обидчикам, ни в институте, когда преподаватели ругали меня за высказанное мнение, которое не совпадало с мнением педагога, ни вот сейчас, когда хорошо бы сбросить лишние пять килограммов… И по возможности сменить работу….

Я выбираюсь из постели и в полусонном состоянии бреду на кухню, машинально включаю чайник и опять бездумно пялюсь в окно. Напротив моего дома возвышается «сталинка», облицованная серым рельефным кирпичом, которым, кажется, еще Гитлер хотел выложить дорогу для себя – свой триумфальный вход в поверженную Москву. Но этого, слава Богу, не случилось, а камень пустили на строительство. В это хмурое осенние утро «сталинка» смотрится еще более мрачно и монументально. Но меня это нисколько не раздражает, а даже наоборот – как будто повергает в благоговейное состояние от осознания масштаба архитектуры. Мой дом – тоже эпохи советского вождя – с большими балконами и высокими колоннами, помпезной лепниной и огромными квартирами. Здесь живут бизнесмены, политики, депутаты, их любовницы, дети и жены, сюда же из жалкой хрущевской пятиэтажки въехала и я.

Тверская… Я, кажется, мечтала здесь жить с детства. Лучшие магазины, респектабельные соседи и нереально просторная квартира, в которой можно заблудиться! Естественно, как только представилась возможность снять здесь жилье, я тут же переехала сюда. И несмотря на то, что я въехала сюда не так уж и недавно, я до сих пор невольно улыбаюсь от восторга, перешагивая порог этой квартиры.

Резкий и пронзительный звонок вырывает меня из мыслей. Чашка крепкого кофе и ненавистная, но полезная овсяная каша (я честно пытаюсь худеть… иногда пытаюсь) и – вперед на работу.

Быстро одеваюсь в строгий костюм от Армани: пиджак, белая рубашка и узкая юбка до колена. В моей компании – дресс-код. Может кто-то его и терпеть не может, но я обожаю костюмы, и поэтому мне только в радость это правило. Конечно, при моем небольшом росте каблуки – это главное! Я обожаю обувь, подруги говорят, что я – настоящий обувной маньяк, и это правда. Небольшая гардеробная в моей квартире уставлена туфлями, ботильонами, сапогами, и все – только на каблуке. Вот и сейчас, несмотря на дождь, я влезаю в лакированные туфельки на шпильке не меньше 20 сантиметров. Меня поймут только девушки маленького роста, которым вечно приходилось увеличивать свой рост за счет обуви. С годами так привыкаешь к каблукам, что можешь запросто выиграть на них спринтерский забег, если понадобится. Поэтому я бодро бегу к лифту, который везет меня вниз, и также бодро выскакиваю на мокрую улицу, где дождь льет как из ведра, перескакиваю через лужи и, нашарив в сумке ключи от машины, нажимаю на брелок. Мне приветливо мигает фарами моя «малышка» – новенькая, только из автосалона. Она, как и квартира на Тверской, стала реализацией моей мечты о машине, а если точнее – о Мерседесе С180. Знаю-знаю, возможно, и дороговато, но я так долго на нее копила, что не смогла устоять.

Я сажусь в пахнущий новой кожей светло-бежевого цвета салон и несколько секунд с наслаждением вслушиваюсь в мерный звук работы мотора. Потом резко нажимаю на газ и выезжаю на Тверскую, опять опаздываю! Хотя до моего офиса не так уж и далеко, я всегда хотя бы на чуть-чуть, но опаздываю. Вообще вставать рано для меня – катастрофа; больше всего на свете я бы хотела, чтобы мой рабочий день начинался часа в два дня. Я каждый раз прошу высшие силы ниспослать мне это счастье, и каждый раз мой рабочий день начинается ровно в 9-00. И сегодня я опять подъезжаю к Москва-Сити на полчаса позже положенного времени. И, проклиная пробки и свою лень, мчусь в офис.

Да-да, я работаю в Москва-Сити – прямо как в американском кино. Правда? Высокое стеклянное здание в 50 с лишним этажей и потрясающий панорамный вид – только за это многие отдали бы все! Наша компания занимает весь 31 этаж, и мой кабинет выходит окнами на Москву-реку…

– Ева, опять опоздала! – слышу за спиной голос начальника. Вот черт, не хватило всего лишь секунды, чтобы открыть дверь кабинета…

Кстати, о работе, она вполне любимая, но за последние шесть лет надоела мне жутко. Я работаю журналистом в одном столичном рекламном агентстве. Когда я только пришла на эту должность, меня приводило в восторг буквально все: от поездок в разные уголки нашей родины до репортажей с митингов и интервью со знаменитостями. Мне, проработавшей после окончания института в скучном финансовом издании, и, кажется, знающей все о дебетах, кредитах и бухгалтерских отчетах, новая работа казалась фантастически интересной. Я с нечеловеческим рвением кидалась в любую командировку, писала грандиозное количество статей в день, которые и десятерым журналистам было бы сложно написать за месяц, была первой, если нужно было отправиться ночью на какое-нибудь расследование или выследить звезду, сидя в машине много часов подряд. Такое рвение напрягало коллег и радовало начальство, и через два года я стала правой рукой своего начальника. Формально оставаясь простым журналистом, я фактически стала заместителем генерального директора агентства. Мой оклад стал далеко не журналистским, появился собственный кабинет, и я наконец-то купила машину, о которой так долго мечтала. Теперь в перечень моих обязанностей входили деловые встречи, совещания и переговоры с важными клиентами.

Все это несказанно льстило моему самолюбию, и я с удовольствием работала в новой для себя сфере. Но постепенно я поняла, что моя работа – достаточно однообразна, меняются только лица. Никогда бы не подумала, что столкнусь с проблемой дом-офис-дом, но так и вышло. Я уперлась в «потолок» – дошла до своей невидимой точки, и мне захотелось развития, а его не было. Командировки сменялись встречами, а встречи – командировками… Я говорила один и тот же заученный текст, заключала новые рекламные контракты с компаниями и возвращалась домой… И 365 дней в году ничего не менялось. Даже отпуск мне не был нужен. От чего отдыхать? От любимой работы? Нет, отпуск нужен тем, кто занимается нелюбимым делом. Вот так я и жила, пока две недели назад мне не стукнуло 35… И в гости не заявилась моя давняя школьная подруга.

Знаете, как бывает? Когда ты начинаешь задумываться о том, что в твоей жизни что-то не так, обязательно появляется тот, кто укажет тебе на все недочеты в твоей жизни, даже на те, о которых ты и не задумывалась. Также и Наташа, перешагнувшая порог моей квартиры в день своего приезда в Москву, принесла в мой мир хаос и смятение.

На самом деле нечего было ее даже слушать! Она по сравнению со мной была серой провинциальной мышкой. Но, опять же, как это часто бывает, она попала в нужное время и в нужное место. И как и большинство людей, ровным счетом ничего из себя не представляющих, сумела выставить свою жизнь как образец идеального существования.

После школы она так и не поступила ни в какой вуз, зато влюбилась в парня из Винницы и, не долго думая, перебралась к нему в его крошечный городок в западной Украине, родила ему аж двоих детей и устроилась на работу в самый большой торговый центр в их районе.

Что и говорить, Наташа, конечно, счастлива, а я, разумеется, по ее личному мнению, абсолютно несчастная и одинокая старая дева. И как, ты еще не замужем?! И ни с кем не встречаешься?! Не планируешь в ближайший год выти замуж и родить ребенка?! Как так?! И тебе уже пора! Не родишь сейчас – не родишь никогда!

В общем, на любые мои разумные доводы, что не все хотят выходить замуж, иметь детей и заводить длительные романы, Наташа реагировала сочувственными кивками: «мол, я все понимаю, тебе нужно какое-то оправдание своей нелепой и никчемной жизни, и на самом деле ты завидуешь мне, но хочешь казаться столичной бизнес-вумен или Кэрри Бредшоу из «Секса в большом городе», но мы живем в России и здесь так не принято, и ты это понимаешь, но не хочешь признавать».