Эхо любви - Элайн Крауфорд

Элайн Крауфорд

Эхо любви

Бренн Райен влетела в кафе вместе с порывом мартовского ветра. Нервно перебирая пальцами концы шарфа, она обвела взором комнату, пытаясь найти стол, за которым сидит Анжи Гианелли.

В задней части узкой комнаты со стенами из кирпича, до середины закрытыми панелями красного дерева, подруга встретила ее ухмылкой, означающей, что она получит выговор за опоздание на те 15 минут, на которые задержала свой приход сюда. Бренн что-то вяло возражала, беспомощно пожимала плечами, шагая навстречу подруге. Она раньше всегда гордилась своей пунктуальностью, но с недавних пор ее распорядок дня стал столь переполненным, что иногда не удавалось что-то сделать вовремя. А после звонка матери можно бы взять любой из списков необходимых ежедневных дел, подняться с ним на верхушку небоскреба Эмпайер Стейт Билдинг и пустить его, как бумажный самолетик.

Подойдя к Анжи, с которой они были самыми близкими подругами с первого курса учебы в Гарварде, Бренн села напротив. У этой хрупкой девушки были всегда практичные и безапелляционные суждения и мнения о всех событиях и процессах.

— Извини. Я надеюсь, что ты уже заказала ланч и для меня?

— Нет, — Анжи подняла свою чашечку кофе. — Чем ты была занята все время? Твой босс или твои приготовления к свадьбе?

Бренн поставила висевшую на руке сумку на пол рядом с собой и вздохнула:

— Я прошу тебя, не напоминай о свадьбе. По китайскому обычаю необходимо выбрать другую дату для свадьбы, и я показала эту брошюру Рону. Он согласился на перемену даты. Правда, не уверен, что это сделано правильно, как там утверждалось.

Анжи бросила на нее пристальный взгляд:

— Что значит правильное или неправильное утверждение?

— Ты знаешь, мы хотим, чтобы наша свадьба лучше запомнилась, на всю жизнь, поэтому и выбрали этот китайский обычай.

— Это была только твоя инициатива?

— Мы вместе решали. Мы все выбираем вместе для нашей совместной жизни: мебель, одежду, предметы быта. Все должно производить должное впечатление. Ты знаешь, как важна окружающая обстановка, если хочешь быть на высоте.

— Ты хочешь сказать, что коричневый цвет наряда при этом не нонсенс?

— Я думаю, что это вполне соответствует моде.

— О да, если у вас ежемесячно пополняется счет в банке.

— Давай поговорим о чем-либо немного более романтическом.

Анжи подалась вперед и усмехнулась:

— Вы решили, куда поедете в свадебное путешествие?

«Все, о чем эта девушка думает, связано только с сексом, — вздохнула Бренн, — как будто для нее это самая главная вещь в мире». Бренн никогда не любила слушать болтовню Анжи на эту тему. Всякий раз, когда они проводили с Роном врозь свободное время, она получала большее удовольствие, точно так же, кажется, и он. И слушать восторженную речь Анжи, которая была самовлюбленно-бесконечной, было то же самое, что смотреть второсортный фильм. Этой девушке действительно необходимо как-то вырваться из страны грез и трезво взглянуть на окружающий мир. Бренн терпеливо смотрела на Анжи до тех пор, пока у нее не исчезла глупая улыбка.

— Рон предложил провести наш медовый месяц на Бермудах. Но я думаю, что теперь все изменится. Вначале мы предполагали провести там две недели. Однако мой шеф сказал, что я должна заботиться о карьере самым серьезным образом. Поэтому мы решили уехать на одну неделю, но теперь, кажется, придется урезать немного и этот срок.

— Боже, Бренн! — Анжи откинулась на своем стуле. — Ты так занята теперь, что даже по-настоящему не можешь провести свой медовый месяц? Я полагала, что Рон спланировал каждое ваше движение на пять лет вперед, но неужели ты не можешь в этот список добавить кусочек чего-нибудь романтического?

Улыбнувшись, Бренн покачала головой:

— Я не хочу это слушать, дело в том, что когда я спешила сюда к тебе на встречу, позвонила мама — поэтому я и опоздала. В настоящее время у меня нет выбора, по крайней мере, на ближайшие два дня.

— Да, я слышала, как мистер Сидман тяжело вздыхал сегодня утром, отпуская тебя на два дня. И что, что-нибудь чрезвычайное?

— Кажется, да. Мне в наследство переходит ранчо в Калифорнии. И я должна немедленно вылетать туда, вероятно, завтра. Адвокат звонил маме сегодня утром и сказал, что я должна приехать и подписать кое-какие бумаги и долгосрочные обязательства. Он сказал, что есть кое-какие проблемы, решение которых не может подождать.

— Ранчо в Калифорнии? Ты никогда не говорила мне об этом раньше.

— Ты думаешь, это только для тебя неожиданность? — Бренн бросила взгляд на движение позади Анжи. — Ах, наконец. Вот и наша еда. — Бренн дождалась, когда пища будет поставлена перед ними и, перед тем как продолжить, взяла ветчину и сыр в свою тарелку. — Ты помнишь тетку моей мамы, Сару? Она приглашала нас на обед несколько раз, когда мы были во время школьных каникул в Бостоне. Вот она-то и владела этим ранчо с давних пор, еще до моего рождения. Ты можешь себе это представить: никому, ни одной кузине — только мне.

— Не обманываешь?

— Моя прабабушка Марти Хамптон решила, что ее фамильное ранчо будет завещано первой родившейся в семье после ее смерти девочке. И это оказалась я.

— О, это очень хорошо. Но почему твоя тетя не говорила тебе этого раньше?

— Мама тоже удивлена. Она позвонила ей до того, как позвонить мне. Тетя Сара сказала, что держала это в секрете потому, что не хотела травмировать других детей. Так или иначе, если бы я узнала об этом месяцев шесть назад, то могла бы изменить планы насчет свадьбы.

— Очевидно, она сообщила об этом поздновато. Ты собираешься выходить замуж через пять недель.

— Тетя Сара давно болеет и не могла контактировать с нами. Она не знала ничего о моей предстоящей свадьбе до тех пор, пока не получила вчера приглашение.

— Мама говорила тебе о размерах ранчо? Какова его стоимость?

— Рон спросил об этом тоже. Я позвонила ему, как только мама повесила трубку. Он был искренне рад. Говорят, что фермерская земля в Калифорнии может стоить очень дорого, особенно если она расположена в пределах тридцати-сорока миль от города. Рон сказал, что ее можно разделить на участки.

— И он будет закладывать их.

— Нет, Анжи. Просто Рон думает, как лучше использовать это для нас. Он просил меня, чтобы я позвонила ему, как только все выясню на месте. И тогда, если это покажется обещающим, мы отправимся туда в медовый месяц, чтобы он все мог увидеть своими глазами.

— Ура. Жизнь с Роном Этаном начинается.

— Ты просто преклоняешься перед ним, не так ли? Хорошо. А через двадцать лет мы становимся солидными, остывшими от чувств, — Бренн прыснула от смеха.