'Млечный Путь, Xxi век', No 3 (40), 2022 - Леонид Александрович Ашкинази

Журнал

"Млечный Путь, XXI век", No 3 (40), 2022

Повести

Леонид Ашкинази

Время действия{1}

Дине А., которая напомнила

Мы - выродки крыс. Мы - пасынки птиц.

И каждый на треть - патрон.

Лежи и смотри, как ядерный принц

Несет свою плеть на трон.

Александр Башлачев

Человечество существует потому, что люди ведут себя предсказуемо. Точнее так - люди, в большинстве случаев, ведут себя предсказуемо для людей, с которыми контактируют. Действительно, представьте себе, что люди поступали бы истинно стохастически, то есть при возможности ответить на вопрос "да" или "нет", отвечали бы, бросая монетку. А при выборе, скажем, из четырех или шести - бросали бы тетраэдр или куб.

Человек прекращает набирать текст и внутренне усмехается. Те, кто это будут читать, - если, конечно, они будут вообще, и вдобавок будут читать, - думает он, - поймут слово "монетка", но лишь наполовину. Нечто круглое и плоское, бросаемое для стохастического равновероятного выбора... а что это когда-то были "деньги", сообразят только студенты-историки. Так слово выжило благодаря побочной функции. Подумав эту мысль, он продолжает набирать текст.

Поэтому я, приняв на себя полвека назад некоторые обязательства и предполагая теперь их с себя сложить, считаю правильным объяснить мотив своего поступка. Мотив этот прост - дальнейшее несение этих обязательств потеряло смысл. Впрочем, выбор, который я делаю, ничуть не лучше.

Человек делает паузу. Мы могли бы узнать этого человека - это менеджер. Он хочет сформулировать точнее, хотя это и бессмысленно; но так уж он привык. Попутно у него мелькают еще две мысли, столь мелкие и привычные по стилю, что он даже не удостаивает их рефлексией. Первая - что люди уже более полувека не пишут, а пересылают голосовые файлы, и даже выражение "обсудим войсом" сменило смысл и вытеснило старое выражение "фэйс ту фэйс", и вторая - что уж если изображать динозавра, так надо использовать не проекционную клавиатуру, а с кнопками, но где ж ее взять... хотя в университете есть музей... Под аккомпанемент этих мыслишек он пишет дальше.

... ничуть не лучше, но зато, скажем так, этот выбор менее определенный, несколько более стохастичный. Кто знает, что будет через двести пятьдесят лет и будет ли там что-либо. То есть что-то там будет, но будет ли там место нам? Мои товарищи выбрали путешествие, я выбираю его сейчас, то есть через час я присоединюсь к ним. Причем я вообще не уверен, что именно мое путешествие номер два произойдет успешно.

Человек делает паузу и продолжает.

Основные данные об открытии способа, в некотором смысле, путешествия во времени и обо всех последующих событиях общеизвестны. Часть путешественников первого этапа влилась в общество, остальные отправились дальше, став путешественниками второго этапа. И они взяли с собой, из нового для них времени, столько людей, сколько смогли взять - желающих было существенно больше. Несколько человек из путешественников первого этапа - в том числе я - остались, но не вполне влились в общество, а стали жить здесь... Под предлогом - водить экскурсии и общаться с учеными. Одновременно технология была усовершенствована, начали строиться корпуса с оборудованием, подобным нашему, - их стали называть "временно"й дом". Строились они, разумеется, на поверхности, и желающие могли отправиться в будущее... число "300 лет" стало традиционной, выражение "300 лет" вошло в язык. Первые "временнЫе дома", были построены здесь, в нескольких милях, при нашем участии, потом - во многих других местах.

Человек какое-то время смотрит на экран, собирается с мыслями. Компьютер терпеливо ждет.

Однако интерес ученых угас за десять-пятнадцать лет, экскурсий почти и не было, одиночные посетители тоже были только в первые двадцать лет. Поэтому оставшиеся наверху понемногу прощались, вливались в окружающее общество по-настоящему, или отправлялись в противоположном направлении...

Человек улыбается примененному им самим выражению. Улыбается даже не мысленно, а вполне заметно, хотя в комнате он один. Впрочем, он уже пять лет один, и он к этому привык. Он пишет дальше:

... в противоположном направлении, то есть вниз. Сейчас к ним присоединюсь и я. Это письмо будет автоматически разослано всем тем, кто имел с нами какую-то переписку. Мы просим - не беспокойте нас. Напоминаем, что территория законодательно объявлена экстерриториальной и закрытой для посещений. На электронные письма в наш адрес будет отвечать искусственный интеллект, но его функции ограничены, не удивляйтесь краткости и формализму ответов.

Человек улыбается, на этот раз он прекрасно знает, чему именно. Искусственному интеллекту (теперь там, внизу, целая их система, но главный этот, который с восемью лапами...) разрешено упрощать ответы, и подробно объяснено, в каких случаях и почему это стоит делать.

Мы надеемся, что страна будет существовать стабильно и развиваться, и что мир в целом будет существовать мирно. Мы надеемся, что вы доброжелательно примете нас, и что мы найдем свое место в вашем - то есть в нашем общем - мире. Наш основной мотив прежний - желание увидеть будущее. Надеемся, что вы, наши потомки, отнесетесь к этому мотиву с пониманием и уважением. Мы заверяем вас в своих мирных намерениях, надеемся вас увидеть и оказаться вам полезными.

Человек повторяет формулировки того, первого письма... естественно, он помнит их наизусть.

Человек подписывает письмо, подробно указывая, от кого оно, распечатывает текст (несколько экземпляров), кладет его на стол, автоматическим движением придавливает листы чем-то тяжелым, ставит на компьютере время отправки электронного письма, выходит из домика, закрывает дверь на три хитрых привинченных им лично шпингалета - нижний от енотов, верхний от медведей, средний (он внутренне усмехается) от людей, - идет по тропинке, входит в пещеру, включает фонарик, спускается до первой двери, дает ей себя не торопясь опознать, спускается до второй, четырехкомпонентная процедура опознания: голос, сетчатка, отпечаток пальца, динамический пароль.

Он входит в верхний зал, проходит до уже настроенного на него саркофага (этим он занимался вчера), делает по дороге приветственный жест в темноту, откуда смотрит на него внимательный взгляд главного интеллекта, снимает верхнюю одежду, аккуратно ее складывает, поднимается по трем ступенькам, поворачивается спиной к саркофагу (чтобы потом в нем не вертеться), садится на край, опираясь на руки, переносит в него ноги и начинает там устраиваться, то есть присоединять катетеры. Потом он располагает руку так, чтобы автомату было удобно сделать укол, закрывает теплоизолирующий колпак и нажимает на