Обречённые - Наталия Яковенко

— Это не важно. Слова безумной старухи… — начал я, но Грейсон с радостью перебил меня.

— Или чьи слова? Людей, которые странным образом чуть ли не каждый месяц меняют имена. А? — он смаковал стакан. Звуки его чавканья звоном стояли у меня в ушах. Давление начало с невыносимой болью сжимать мою голову. Я слышал каждый шорох в районе. Лай собак за окном. Писк мышей. Разговор соседей. Игру детей на улице. Казалось, она взорвётся от жуткого шума, который стоял вокруг меня. Я повернулся к нему спиной, так как моё лицо начинало принимать звериные очертания. Мой свирепый свист, с которым я дышал, разносился эхом по комнате. Я слышал, как бешено, забился пульс у этого ничтожества. Я сжал стакан. Лишь на мгновение, не контролируя силу, я позволил себе лишнее. Он рассыпался на десятки мелких кусочков. Осколки полетели вниз, ударяясь о пол. Я не обернулся, боялся, что он заподозрит что-нибудь. Я уловил его дрожь. Словно ошалелый он соскочил на ноги и поспешил выйти в коридор. Я рванул за ним.

— И что мы не договоримся? — моё бледное как снег лицо возникло перед напуганным и уже не таким смелым Уолтером Грейсоном. Он долго молчал, прижимая шею к плечам. Его зрачки бешено скакали из одного угла глаза в другой.

— Я всё сказал, — осмелился ответить он осевшим голосом. — Миллион через две недели или я даю ход этому делу. — Увидев, что на моём лице нет эмоций от его слов, он набрался храбрости и продолжил. — И поверь, чувствую, что там не только это преступление будет обнародовано. Думаю у вас с сестрой не такое уж невинное прошлое, чтобы раскидываться шансами спастись. — Я замахнулся и пронёс кулак мимо его лица, легонько ударив кулаком по стене. Стена затрещала. Уолтер Грейсон нервозно оглядел место удара и пришёл в ужас, когда увидел глубокую вмятину. — Да кто ты, чёрт возьми? — Его трясло.

— Я тот, чьё терпение не стоит испытывать, — спокойным ровным голосом я ответил на его вопрос.

После он вылетел прочь. Не оглядываясь, он бежал до своей машины. Я услышал, как он вздохнул с облегчением только лишь тогда, когда закрыл все окна и двери своего служебного автомобиля. Я чувствовал, как трепещет его безмерная туша. Он судорожно пытается вставить ключи в зажигание. Его руки нервно обхватывают руль. Он бегло оглядывается по сторонам, опасаясь, что я всё-таки решу разделаться с ним сейчас. Он боится меня. Неужели он знал о нашем существовании? — этот вопрос не выходил из моей головы. И тут же на ум приходил только один ответ о том, что он уже сталкивался с вампирами. Догадки то или уверенность, неважно главное найти управу на него.

Сидя в одиночестве, целый день я мысленно пытался определить выход из западни, в которой оказался. Но он не должен содержать насилие и тем более убийство. Всё должно быть сделано надлежащим образом, ведь я осознавал, кто мог дать о нас достоверную и точную информацию. Благо врагов у нас было более чем достаточно. Но никто, кроме Ричарда и ничтожной кучки его приближённых не ведали, кто мы такие. Наш покровитель тщательно заметал за нами грязные следы вот уже более ста лет.

Ребекка была рядом, я ощутил её приближение ещё в несколько километрах отсюда. Она была в ярости. Её гнев ударной волной доходил и до меня. Наконец-то двери хлопнули, и в комнату влетела сестра.

— Я ненавижу этого муравья! — Она морщила лоб и скалила зубы. — Джек, наверное, никогда от нас не отвяжется! — Угнетённая и разбитая она свалилась на диван и попросила меня открыть окно. — Почему я чувствую запах гнилья? — Ребекку, как и меня, тошнило. Немного принюхавшись, она поняла. — Здесь снова был этот любопытный человек? — Я кивнул головой. — Что на этот раз ему было нужно? — Я слышал, как её зубы скрипят друг о друга от ненависти ко всем.

— Ему нужен миллион. — Сестра громко рассмеялась. Она несколько раз ударила ладонью по спинке дивана, еле-еле сдерживаясь не лопнуть от смеха.

— Это шутка? — уточнила она.

— Нет. Не шутка. У нашего гениального детектива есть против тебя не только вполне убедительные улики, но и свидетель, который подтвердит нашу причастность к исчезновению Питера Смита. Это Роза Клэйтон. — Ребекка сразу изменилась в лице. Она встала. Походила немного по комнате, после вновь присела.

— И что будем делать? Дадим ему деньги?

— Не знаю. Может, придётся отдать ему, что он хочет.

— Почему бы нам просто не убить его? — Ребекка спокойно сидела в кресле. — Пойми, сначала ему нужен миллион, потом ещё один, потом ещё. Поверь, мы станем для него бездонной кормушкой. Хотя, по сути, нам плевать, что и кому он скажет. Но добровольно он не отстанет от нас, — накручивала меня сестра. — Тем более мы всего на всего подростки для всех.

— Не обольщайся.

— Что?

— Я предполагаю, что он догадывается кто мы.

— Ты что это всерьёз? — Я одобрительно посмотрел на неё. — Чёрт! Но как? Ведь это невозможно.

— А тебе не кажется странным, что после того, как Ричард стал нашим псевдо опекуном и всячески старается играть в семью, этот проходимец узнал столько фактов о нас. Как такое возможно? Ведь мы каждый раз умирали для всех. Нас вообще не должно существовать для людей. Ричард лично заботился об этом. — Я глубоко вздохнул, после добавил. — Только вот заботился ли?

— Не намекаешь ли ты, что он поспособствовал развитию расследования? — сестра сама не верила, что произнесла такое вслух.

— Не намекаю, а спрашиваю. Как? Совпадение?

— Упор ставился на то, что мы не справимся с ситуацией и…?

— Вернёмся к нему… — пауза, возникшая между нами, позволила обдумать проблему ещё глубже. — Да мне всё равно, о чём думал Ричард. Я просто хочу, чтобы не было ни первого, ни второго трупа, который ты притащила к нам в дом, — сорвался я. — Ты что маленькая? Чем тебе помешали эти люди?

— Я убью его сына. Вот и всё.

— Пола? Это ничего не изменит. Сначала ты убьёшь его. Потом тебе нужно будет убить его семью, так как те начнут собственное расследование, обвиняя тебя и меня. Потом нами начнут интересоваться другие жители этого сказочно спокойного и дружелюбного городка. А закончится всё тем, что мы с тобой будем прятаться в одном из деревянных сараев, а повсюду будет рыскать разъярённая толпа с факелами и вилами, чтобы нас линчевать, — безразличным голосом произнёс я.

— Ты в курсе, какой век на дворе? — не понимая шутки, поинтересовалась Ребекка. — И с каких пор тебя стало волновать, что о тебе подумают люди?

— Просто не усложняй ситуацию. Я сделаю всё сам и без лишних жертв на этот раз. Хорошо? — сестра кивнула головой, молча соглашаясь с моим решением.

В воскресенье я поехал в центральную библиотеку, чтобы больше узнать об этом на первый взгляд тихом городке. Когда пришёл туда, там было пусто. Ни единой души. Библиотекарь с энтузиазмом предложил мне ряд полок, на которых было размещена литература, посвященная их истории. Помещение было огромным. Высокие светлые потолки. Тёмный паркет под ногами. Узкая лестница, уводящая на второй этаж.