Роркх-3 (СИ) - Бо Вова

Хант спускает курок. Слышится выстрел. Винтовка дергается вперед. Настала моя очередь улыбаться. Ублюдок наконец перестал смеяться. Крутанул оружие, поднося дуло ближе к лицу. Его глаза с удивлением уставились на оплавленный ствол, залитый моей застывшей кровью. Противник переводит взгляд. Я выбрасываю руку в сторону. Лишь бы хватило мощности. С наслаждением чувствую холод металла, прыгнувшего в ладонь.

В этот раз он не успел. Потому что стоял на полшага дальше. Может удивление еще сыграло роль. А может госпожа Ф наконец решила мне улыбнуться. Я не знаю. И мне плевать. Главное, это колени. Колени гребаного ханта, простреленные Вулканами. Никаких аккуратных дырочек в этот раз. Лис пустил пули одну за другой. Раскуроченные ноги ханта подломились под его собственным весом. Ублюдок мешком рухнул на землю, оглашая улицу диким визгом. Винтовка вылетела из рук и проскользила пару метров.

Я медленно поднялся на ноги. Медленно подошел и взялся за оружие. Руки горели огнем. Я с упоением рассматривал корчащегося урода, хватающегося за обрубки ног. Игрок бы так себя не вел. Нет. Одна нога уже оторвалась, вторая висела на лоскутах. Хант судорожно тыкал ее в сустав, надеясь, что та прирастет обратно.

— Жаль, что ты свалил, Лов, — тихо произнес я. — Но обещания надо выполнять.

Остановился я через пару минут. Когда вокруг все стихло. Я стоял над мертвым телом и тяжело опирался о винтовку, как о посох. Дуло оплавилось. Приклад сломался от частых ударов. Подо мной лежало тело без ног и головы. Конечности валялись рядом. А вот остальное ровным слоем размазано по земле. Частично еще на мне, но самые большие куски пока что висят на остатках приклада, который я вбивал в пасть тупорылого ублюдка. Раз за разом, пока не понял, что больше мешу землю, чем череп.

Я тяжело дышал. Руки горели огнем и болели. Но оно того стоило. Жаль только, что этот засранец свалил раньше. Зато мне никто ничего не скажет поперек. И да, немного отвел душу. С трудом вытащил сигарету, заляпанную кровью. Плевать. Открыл интерфейс. Двенадцать разума. Похоже, целый рейд, да еще и странный Секач, не прошли даром. Да и до этого не по лужайкам прыгали. Прикурил. Дым отдавал кислятиной. Я посмотрел туда, где могли бы находиться глаза у трупа.

— Винишко надо было пить, ушлепок. Предлагал же. Кретина кусок, — сплюнул я.

Выпрямился, повел плечами. Немного согнул колени. Жив пока. Еще повоюем. Обшарил труп, но не нашел ничего, кроме патронов и одинокой склянки с зеленоватой жидкостью. На всякий случай выпил. Еще был защитный амулет. Сунул в карман. Я же обещал вынести его шмот. Вот и притащу кулончик. Обещания надо держать. Винтовка-то уже в таком виде, что проще новую купить, чем починить эту. Но я не выбросил пушку. Хорошая палка, чтобы опираться.

Поковылял вперед. Там еще должны оставаться Пурпурные. Еще будет из кого выбить дерьмо. Я понимал, что рядом с рейдом из Бездны вряд ли окажутся другие твари. Слишком жирно для одной улицы на первой волне. Но расслабляться не стоит. Интересно, почему те не развернулись? Мы здесь достаточно нашумели.

Вспомнив про угрозу с неба, припал к стене здания. Пошел вдоль него, стараясь не выходить из-под козырька крыш. Вскоре впереди замаячила летучая мышь. Сделала пару кругов.

— Есть че по здоровью, Маус? Мне бы не помешало, — проговорил я, обращаясь к мыши, что уселась ко мне на плечо. — А то я последнюю склянку этому говнарю отдал. Дебил. А потом сам же его и кончил. Но это я молодец, да.

Вторая мышь прервала мой словесный поток. В лапах у нее был зажат кожаный ремень. И как дотащила-то? Я взял пояс и выудил из кармана склянку с бордовой жидкостью. Влил в себя. Немного опрокинул на левую ладонь, что никак не хотела нормально сгибаться. Не помогло. Кровь застыла, сделав руку практически неподвижной. Зато рана полностью закрыта. Ну ничего, переживем.

— Это же пояс Рино, да? Все так паршиво.

Мыши пискнули одновременно. И принялись летать вокруг меня.

— Понятно. Ну пошли, посмотрим. Ты прикинь, такого Секача встретил. Какой-то странный. Прям бордового цвета. И броня рикошетит. Ты бы видел ротацию выстрелов. За пару секунд провел. Ну, может за пять. А Нокс не перезарядил, представляешь? Сначала перезарядка, потом трофеи. А если бы радиуса не хватило? Он бы меня тогда этим прикладом сам отмудохал. Ай.

Мышь царапнула меня по щеке. Я поймал себя на мысли, что слишком много болтаю. Видимо, слишком долго пробыл в тишине. Хотелось кому-нибудь выговориться. Или это Роркх так по разуму бьет? Такое бывает, да. А еще этот запах. Как же мне хочется в душ. Впрочем, к кислятине я уже почти привык. Только все патроны и экипировка в требухе. Пальцы скользят. А левая вообще плохо слушается.

Мы дошли до перекрестка, куда меня вел Маус. Впереди небольшая площадь за поворотом. А за ней убежище. Но вот сама площадь. Тут творилась какая-то вакханалия. Гребаный цирк. Я побрел вперед. Боец из меня сейчас так себе, но чем смогу. Тело почти не болело, разве что конечности одеревенели немного. Перенапряжение сказывалось. Главное, с ума не сойти. Но с этим проблем возникнуть не должно. Почти все, что было на площади, Ролл уже видел. По отдельности. А вместе…

Трехметровая длиннорукая тварь с вертикальной пастью во всю рожу. Из которой тянутся четыре мерзких щупальца. В них куклой болтается бронированный Шард. Танк висит в воздухе над землей и неистово машет топорами во все стороны, не забывая при этом поносить всех подряд. Но монстр держит его спиной к себе, не давая извернуться. Повсюду носятся мелкие Порождения Бездны. Слева где-то в углу, под крыльцом одного из зданий, сидит Айя. Девчонка забилась в тень, прижав колени к груди и руками зажимая уши. Трясется и плачет. Справа из пролома вьются два щупа с острыми шипами на концах. Один из них треплет клыками Гончая Бездны. Второй с остервенением лупит по огромному полумедведю в составном доспехе. Тот в свою очередь огромными лапами кромсает серебристый доспех какого-то ханта. С другой стороны площади что-то рвануло. Послышалась заливистая автоматная очередь, прерываемая таким же заливистым смехом. В ответ, с того конца раздались одиночные выстрелы и чей-то забористый мат.

Именно в той стороне в небе вилась стая летучих мышей. Они облепили двух крылатых тварей с кожистыми крыльями. Еще одна такая же доедала кого-то на земле. Мимо меня пронесся знакомый святоша, облепленный четырьмя Порождениями Бездны. Его глаза светились безумием. И наполняли мое сердце радостью.

— О, капитан, — произнес Овер, стоящий в центре площади. — Как раз успел на вечеринку.

В руках парня сиял хлыст. Или кнут. Левая рука сложена в печать. В воздухе болтается рыхлое тело Плотоеда, плюющее струями кислоты во все стороны. Овер периодически хлестал его кнутом. Оружие мерно светилось и оставляло глубокие борозды с оплавленными краями.

— А я уж думал, — ответил парню, провожая взглядом огромный арбалетный болт, что пролетел мимо. — Что это будет очередная скучная партия.

Одно обидно. В центре площади лежало тело в миленьком розовом платьице. Там, где должна была находиться голова, по улице разлился шипастый алый цветок. Нарисованный кровью и мозгами. Словно кто-то резким движением щедро плеснул из банки. Жаль, что не я.

Глава 16. Вот в чем между нами разница, ничтожества

— Че у вас тут творится, а?

Я прижимался спиной к руинам какого-то здания. С той стороны площади по нам стреляли. И не кислотой какой-нибудь, а гребаными пулями, стрелами и арбалетными болтами. В Шарда даже копье прилетело. Овер уже бросил мясистую гусеницу и присоединился ко мне. Вместе мы отбивались от наседающих на нас Порождений. Которые продолжали понемногу лезть из трещины перед самым носом.

Овер уже наловчился хватать их по одному телекинезом. Следом удар кнута. Хвост накручивался на мелких тварей и прожигал их насквозь, стоило только магу потянуть светящееся оружие на себя.

— Усиление Пеплом Хаоса? Тоже модифицированное? А еще печати есть?