Чужое тело-1 - Изверин Сергеевич

— Да, если будет легче, так думай.

Я открыл.

Так, картонная решетка, а в вырезах специальных шесть ампул странного вида. Специальная упаковка, чтобы не бились. Ампулы не такие, как те, из которых уколы делают, а уже с иглами, закрытые зеленоватым колпачком. Внутри вода какая-то, прозрачная. На внутренней стороне крышки скверно приклеенная коричневая бумажка с картинкой. Картинка изображала человека, делающего ампулой укол — держал он её вверх донышком, сняв колпачок, а рядом такая же картинка с уколом донышком вниз, крест-накрест перечеркнутая.

— Что это?

— Что-то вроде аксиломицина. Если тебе это название что-то говорит. И ещё кое-что. Для полевого лечения в развивающихся странах. Остатки великой страны. Лечит разные неприятные болячки вроде туберкулеза и пневмонии… Ну, конечно, под наблюдением врача. Используешь на свой страх и риск. Понял?

— Понял. Алексей Иванович, что с меня?

— Большое и человеческое спасибо. — Хмыкнул Чеботарев. — Ну и молчание, откуда взял… Которое золото.

— По рукам!

Уже вечером, укладываясь спать, я тайком от родителей взял скотч и примотал коробочку к руке. Потом подумал, отклеил, ругаясь, вместе с частью растительности, и осторожно замотал коробку прозрачным скотчем.

Надеюсь, что получится.

Я уже давно экспериментировал с зажигалкой и прочей мелочью. И что заметил — если предмет с собой долго носить, просто сжиться как бы с ним, то, при просыпании, он у тебя в руках все же окажется. Но в нашем мире он уже не окажется никак.

Работает это только с мелочью. Так в том мире оказалась ещё одна зажигалка, семь рублей мелочью, небольшая авторучка. Вся мелочь эта нашла свой приют в море. Не хотел я рисковать зря.

Ну а что касается крупных вещей… Решил я попробовать с тонфой. С одной стороны, я её уже давно... Ну, палка да палка, кто поймет, откуда она взялась? Да, странная. Но вот мало ли чем принц занимается? Может, у него просто крыша поехала? Чем бы дитя не тешилось, лишь бы короны не трогало.

Да и не надо мне короны, я там жить хочу. Хорошо жить. Чтобы не превращался мой сон в каждодневный кошмар, а был приятным и легким сновидением.

Так и уснул с тонфой в обнимку.

Только когда я проснулся, палки родной там со мной не оказалось. А проснулся, то так ребра себе отлежал… Тонфа вся на мне отпечаталась, целиком.

То есть, получалось у меня только с мелочью. Её и прятать легче.

А между тем родным сержанта становилось все хуже и хуже. По недомолвкам мастера Клоту я понял, что состояние начинает ухудшаться с каждым часом. И времени-то осталось не так уж и много.

Сержанта на тренировки я уже не дергал, ни к чему ему это. Ему сейчас важнее с семьей быть.

А проклятая коробочка все никак не давалась, вот уже третий раз я просыпался, срывал скотч, которыми приматывал её к руке, ноге или спине, и в голос ругался. Не знаю, что родители думали. Сын каждое утро встречает отборным матом в своей комнате. Наверное, у мальчика сложный переходный возраст.

Получилось как-то неожиданно. Я едва в пляс не пустился, когда, открыв глаза под знакомым парусником, ощутил, что в ребра упирается что-то твердое.

Сунул руку под одеяло, нащупал… И радостно выдохнул.

Получилось.

Так. Теперь надо сразу к сержанту, сразу же, не надо ничего ждать!

Не получилось.

С самого утра лакей уведомил меня, что "королева ожидает в покоях!" и ещё и по щиту грохнул билом. Лучше б по голове себе влупил. Даже позавтракать не дали. А мне ж ещё часа три мечом махать точно. Сержант-то занят сейчас, но мне приказал тренировки не прерывать…

Я ещё раз выругал судьбу.

Но в следующий-то раз должно получиться! Что ж делать? Только глотать все это осталось. Чтоб тут естественным путем вышло.

— Мой мальчик, доброе утро! — Обрадовалась мне королева. Встретила она меня в роскошном своем коричневом платье, посреди кровати, на которой были разбросаны какие-то вещи. Шмотки, проще говоря. Вот ещё и поднос с пончиками лежит, пара надкусанных.

А кто это у нас в углу морду серьезную корчит? Никак графин Урий, кочергу ему в дышло. Стоит, в своем скромном камзоле, рядом с ним паж-узбек, нагруженный заплечной корзиной. Из корзины торчат какие-то свитки.

— Как твои дела? — Спросила королева.

Да ничего дела, пока ты не позвала.

— Хорошо, мама. — Вежливо ответил я, просто физически ощущая исследующий взгляд графа. Что-то я ему продолжаю активно не нравиться.

— Вот и хорошо! — Обрадовалась королева. — Возьми конфетку… — Мне вручили леденец, погладили по голове липкой ладонью, ласково улыбнулись. — Сегодня в ночь прискакал гонец. Твоя жена уже грузится на корабль в Жемчужине. Через неделю, с помощью Светлых, — королева сделала жест, словно чертила на стене замысловатую фигуру, — будет тут, а там и свадьбу сыграем…

— Вот хорошо, мама! А гостей будет много?

— Много, сыночек, много! Все знатные роды нашего королевства и соседних получили приглашения, уже съезжаются… Верные люди, — взгляд в сторону графа Урия, который поклонился едва, — доносят, что в городе не найти свободных гостиниц… Принцесса Альтзора приличная девочка!

Грузится на корабль. Краном её грузят, что ли? Привезут бегемота с жарких стран, а мне все сны мои тут мучайся… Ещё начнет приставать, а принц-то пока ещё мальчик слабый, не отмашется.

Чую, что ждет меня эротический кошмар.

— …портных. — Говорила королева. — Надо снять мерки. Потом придет ювелир. Потом ещё… Графиня, мы заждались! Мой сын вас уже ждет, где же портные?

— Доброе утро, Ваше Величество! — Поклонилась графиня Нака, вошедшая за мной. — Мы уже готовы, портные ждут около покоев принца… Ваше Высочество! Пойдемте!

Ох, ну и день меня ожидает…

— Не балуйся! — Важно сказала королева.

— Конечно, мама. — Сказал я. Свалить бы от этой орды… Да не получится, чувствуется.

От меня отстали только под вечер. Портные, человек десять с мерками, обшаривали меня и крутили как куклу, прикладывая то к одной, то к другой моей стороне куски ткани и какие-то украшения. Что получается, я перестал вникать почти что разу, как только представил себе начало.

Средневековье, что с них взять.

Укололи несколько раз иголками, я дернулся. Графиня Нака как того и ждала, сразу же "Стой смирно", "Для тебя же стараюсь". Рыжики тоже пришли, посмотрели на меня, поулыбались за её спиной.

— А почему их не одевают? — Капризно спросил я. — Я хочу, чтобы все было красиво, и все были в красивой одежде! И они тоже пускай красивые будут!

Графиня Нака плотоядно развернулась в поисках очередной жертвы. На лице чубайсиков отразился ужас, они было попытались шмыгнуть за дверь, да не тут-то было. Резким окриком графиня Нака вернула обеих на место, и две трети моих мучителей переключились на них. Стало чуть легче.