Нечаянный брак - Кэтрин Андерсон

Держа в руках тарелку, Речел обернулась в сторону пятна, которое, насколько она знала, является ее мужем.

— А я как раз думал, что, несмотря на это, она выглядит чрезвычайно опрятной, — протянул Клинт.

Опрятной? Речел посмотрела на свою черную юбку, которая подошла бы скорее матроне преклонного возраста, чем невесте. Она носила ее только потому, что широкий пояс делает талию совсем тоненькой, а это, по слухам, очень привлекает мужчин. Но Клинт думает, что она выглядит всего лишь опрятной. Господи, с тем же успехом он мог бы встать в церкви и объявить ее жалким подобием жены и любовницы.

Речел душил комок в горле. Она только начала чувствовать себя дома, а семья, которую она полюбила, дала ей понять, как мало ее здесь ценят.

— Думаю, мне пора заняться штопкой…

— Благослови тебя Господь за твое доброе сердце, — ласково сказала тетя Эстер. — У меня перед ужином выдалось несколько свободных минут, и я уже все перештопала.

Речел вспомнила полную корзину с вещами, которая представлялась ей никогда не уменьшающейся горой.

— Все перештопали? И носки?

Хотя она не видела лица тети Эстер, зато услышала ее жизнерадостный ответ:

— Дитя мое, это не так уж трудно, особенно если знаешь, что делать.

«Чего я как раз и не знаю», — с горечью подумала Речел.

На следующий день Клинт вернулся домой к полудню в надежде похитить жену и отправиться на пикник, где собирался наконец без помех заняться с ней любовью.

Войдя на кухню, он отряхнул шляпу и швырнул ее на стол. Тетя Эстер кипятила во дворе льняные вещи, а в доме казалось непривычно тихо. Слишком уж тихо.

— Речел? Ты где, девочка? — Не Дождавшись ответа, Клинт бросился в спальню, громко стуча ботинками по натертому полу. — Речел?

Дверь в спальню была открыта. Сосновая кровать блестела свежей полировкой, коврики вычищены так, что казались новыми, окна просто сверкали. Тетя Эстер опять проявила чудеса работоспособности, и Клинт похвалил себя за мудрое решение вызвать ее сюда.

Несмотря на временные неудобства из-за нехватки спален, он не сомневался, что мысль написать тетушке была озарением свыше. Наконец-то дела в доме пошли на лад, а когда он пристроит большую спальню, то лучшего и желать будет нечего.

Но безукоризненно чистая спальня вдруг показалась Клинту опустевшей. Даже туалетный столик, где Речел хранила свои женские штучки, выглядел как-то сиротливо. Охваченный тревогой, он распахнул дверцы шкафа.

Там не было ни блузок, ни юбок, ни нижнего белья. Даже нагромождение маленьких туфелек Речел исчезло.

— Черт!

Оставив дверь шкафа открытой, Клинт подошел к шифоньеру и начал выдвигать ящики. Все они тоже опустели, кроме нижнего, в котором лежали его кальсоны и носки. Черт побери, куда же она делась? Ну что ж, ей придется многое ему объяснить.

Через секунду он уже мчался по двору к тете.

— Ты видела мою жену? — грозно спросил Клинт, уперевшись кулаками в бока.

Эстер неторопливо повесила рубашку Коди на веревку, приколола ее и только потом взглянула на племянника.

— Я видела, как она выезжала отсюда на гнедой кобыле со всеми своими вещами, — мрачно заявила она. — Могу добавить, что при этом юбки у нее задрались до колен, выставив напоказ ее панталоны.

Клинт бросил взгляд на изъезженную дорогу, ведущую в город. Пыль давно осела.

— Но почему? — бормотал он, забыв, что не один.

— Я и сама не пойму, хотя спросила, между прочим.

И получила какой-то глупый ответ.

— Какой?

— Что она выполнила свои условия сделки, а теперь, когда я здесь, в этом больше нет необходимости. — Эстер пристально глядела на него. — Дорогой мой племянник, я бы скорее уехала, чем стала причиной раздора между тобой и твоей женой. Думаю, я несколько перестаралась в своем желании угодить вам. Может, она решила, что я ее выживаю?

— Это же нелепо, — искренне воскликнул Клинт. — Ты просто заботилась о нас с тех пор, как приехала сюда.

И если Речел чувствовала себя отвергнутой, значит, ей самой этого хотелось.

Тетушка придерживалась другого мнения.

— Знаешь, иногда мы, женщины, видим все иначе, чем мужчины. — Она вздохнула и расправила складки на выстиранной рубашке. — Кстати, она просила, чтобы ты забрал лошадь из городской конюшни, а не с ее двора.

Это еще больше распалило ярость Клинта. Она не желает его видеть, так? Даже те несколько минут, которые ему потребуются, чтобы увести лошадь? Ну и хорошо. Просто отлично!

Он взъерошил волосы, еле сдерживая бешенство. Черт побери, да ни одна женщина не заслуживает того, чтобы из-за нее переживать, особенно когда она требует от мужчины такого терпения, на какое он только способен.

— Я полагаю, ты хочешь отправиться за ней, — сказала тетя Эстер.

Черта с два он за ней отправится. Клинт яростно сжал челюсти. Она ведь ему жена? Значит, должна быть здесь, с ним. В его постели…

Дьявол! Может, их занятия любовью не были столь прекрасны, как он себе вообразил? Может, в последнее время он стал терпеливым. Или не слишком хорошо ее понимал? Несмотря на свой ограниченный опыт с женщинами, он старался делать все, чтобы доставить ей удовольствие. Но, возможно, этого «всего» было недостаточно.

Особенно в последние ночи, когда рядом находилась тетя Эстер.

Клинт уставился в пустоту. В горле стояли невыплаканные слезы, и он чувствовал себя не старше Коди. Не потому ли Речел сбежала к папочке, что муж ее разочаровал? Клинта ожег стыд, проникая в глубины его существа. Если мужчина не в состоянии удовлетворить женщину в постели, он не заслуживает того, чтобы она была с ним.

— Нет, я не хочу отправиться за ней, — запоздало ответил он на вопрос тетушки.

— Но, дорогой, это всего лишь…

— Никаких «но», тетя Эстер. У меня есть дела поважнее.

Расправив плечи, Клинт направился к коровнику. Он же Рафферти, черт возьми! А у Рафферти гордость в крови. Ни один из них не попросит женщину остаться, если она собралась уходить. Но все это причиняло адскую боль.

Клинт решительно толкнул дверцы «Золотого гуся».

Ежемесячная встреча скотоводов продолжалась дольше, чем обычно, и, вспоминая о своем знакомстве с Речел более двух месяцев назад, он весь вечер был в напряжении, горло у него пересохло. Разгоняя клубы табачного дыма и чада от керосиновых ламп, он метнул взгляд в сторону бара, ожидая увидеть там Мэта или кого-то из братьев. Но в этот раз там стояла только Дора Фэй и, судя по хмурому выражению ее лица, была настроена не слишком гостеприимно.

— Ты довольно нахальный тип, если явился сюда, Клинт Рафферти, — изрекла она, когда тот устроился рядом с ней.