Ледяная корона - Андрэ Нортон

— Не так! Свадьба не подойдет. Люди здесь все друг друга знают. Лучше день рождения в главной усадьбе. По дороге мы соберём солому для гирлянды в подарок.

— Я не перестаю удивляться, как Вы знаете обычаи, Ваше Высочество.

— Чему же тут удивляться? Какой толк от правителя его народу, если он не знает традиций? О, я слышала, что есть теория, по которой хозяин и слуга не должны иметь точек соприкосновения. Но у нас так никогда не было и не будет.

— Именно потому Ваш род так долго находится у власти.

— Да, до последнего времени. И теперь чёрная туча нависла не со стороны моего народа, а со стороны родственника. А ссоры между родственниками всегда самые страшные.

Но плану Принцессы не суждено было осуществиться, так как прибыл разведчик и сообщил, что по главной дороге в сторону ближайшей гостиницы движется процессия, и там он узнал одного человека.

— Каспар Фаншер! — повторила Принцесса.

— Боюсь, что, — Полковник понизил голос, — нам не стоит больше надеяться на удачу. Фаншер…

— Я прекрасно знаю, кто он, — перебила Принцесса, — это значит, что Реддик обо мне хорошего мнения. Он думает, что я уже связалась с Королём Гостаром. Но он также знает, что я не совсем ещё сошла с ума. Хорошо, пускай Фаншер едет куда хочет. Но Реддик ещё не стал Королём Ревении. Я Принцесса, а Имберт Релинг был другом моего отца. Он поможет мне добраться до Короля Гостара, и здесь Реддику мне не помешать.

— Если мы придём к Релингу…

— Двор находится в Гастонхау, значит там будут и послы. Говорят, Король Гостар души не чает в своей молодой жене, и скоро она подарит ему маленького принца. Поэтому он заставил её испить из Колодца Верности.

— Это все суеверия.

— Может быть, а может быть и нет. У Колодца был Хранитель. Уж это ты не будешь отрицать. И было много случаев, когда воды Колодца помогали женщинам в трудных родах. Гастонхау потому и был построен Королевой Марго, что она боялась потерять своего четвёртого ребенка. Её первые трое детей умерли при рождении. Королева поселилась в Гастонхау и жила там большую часть беременности, а потом родила пять совершенно здоровых сыновей и трёх дочерей.

— Предания! Что нам сейчас Королева Марго! Если Двор находится в Гастонхау и Фаншер направляется туда, то мы должны точно знать, что мы делаем. Лучше всего отправить гонца…

— Но почему бы нам самим не поспешить в Гастонхау?

— Ни в коем случае. Пока я не буду знать точно, что нас там ждет.

— Как что? Этот Фаншер здесь затем, чтобы нам помешать. Лорд Имберт не даст ему встретиться с Королем, а с самим Имбертом ему в сговор не вступить. Хотя может, может ты и прав, Нелис. Лучше проявить осторожность. А я кое-что дам гонцу. Это поможет ему скорее договориться с Лордом Имбертом.

Принцесса потянула себя за косу и вырвала пять волосков, пересчитала их и завязала узелком. «А теперь лист…»

— Что это, игра? — спросил Полковник.

— Игра, но со смыслом. Лорд Имберт вспомнит. Это было сразу после смерти отца. Лорд Имберт привёз меня к своей Леди Ансле, потому что Король болел и хотел, чтобы я была подальше от двора. Лорд Имберт любит сказки. Многие он узнал у певцов Торка. Одна из сказок была о потерянной Принцессе из Инеса. Чары, наложенные на неё, могли быть разрушены только волоском и листком. Лорд Имберт обязательно вспомнит это и поможет нашему гонцу.

После отбытия гонца они поехали не спеша. Здесь, рядом с границей было много лесов, поэтому они и завернули в одну из таких долин, где ветви деревьев, сплетаясь, образовывали крышу. Очень скоро дорога привела к удивительно красивому мосту. На противоположном берегу стояла одноэтажная башня, построенная в форме треугольника, образующего с мостом единое целое.

— У тебя есть деньги? — спросила Людорика Полковника. — Это клятвенный мост.

— Он очень старый. Клятва, наверное, уже выполнена.

— Откуда нам знать? Есть ли у тебя деньги для подаяния?

Полковник вытащил мешочек и передал его Принцессе.

— Вам придётся довольствоваться этим, Ваше высочество. Я не вожу с собой всё своё состояние.

Принцесса развязала мешок и достала металлический кружок.

— Этого хватит. Мы пришли сюда с чистыми руками и спокойной совестью.

Подойдя к треугольному зданию, Принцесса наклонилась и бросила монетку в небольшое отверстие.

— На благо того, кто построил эту дорогу. На благо того, кто в пути, на благо удачного завершения путешествия, — произнесла она, как заклинание. — Его имя, — Людорика провела указательным пальцем по стене, читая изъеденные временем строки, — было Никлас и был он лордом… Герб трудно различить. Но это неплохой знак, что мы едем по дороге какого-то Никласа!

Утро, застигшее их в ущелье, превратилось в день. Роун казалось, что тело её одеревенело от езды верхом. Её спутники, напротив, и не думали сделать привал. Вдруг Имфри остановил своего двурога. Роун прислушалась — раздался звук рога, чистый и завораживающий.

Глава 8

Перебирая мягкие складки тяжёлого занавеса, Роун стояла у окна. Ощущение было чудесным, так же как и странная роскошь комнаты. Как будто из темноты и холода ночи она попала в обволакивающее тепло гостеприимного очага.

Стояло раннее утро, и в огромном доме все ещё спали. Но во дворе у высоких ворот уже кипела жизнь. Вот из лавки вышел мальчик, беспечно размахивая ведром, содержимое которого выплёскивалось на булыжную мостовую. Мальчик чуть было не забрызгал юбку проходящей мимо женщины. Юбка была серая с алыми цветами на подоле, в тон яркому лифу платья. Женщина несла на голове корзину, покрытую сверху листьями. Женщина была одной из нескольких, также одетых в серое и красное, с корзинами на голове. Мальчик с ведром что-то закричал, и женщины разом повернули к нему улыбающиеся лица. Роун казалось, что она смотрит фильм.

Вчера вечером они прибыли в этот огромный, по крайней мере трёхэтажный, дом с каменными стенами и узкими окнами. В сером дворе не росло ни былинки, единственным ярким пятном был герб над входом, олицетворяющий величие Ревении.

Роун ещё не видела посла, на которого так полагалась Людорика. Вообще-то и самой Людорики она ещё не видела, с тех пор как их проводили в тёмные покои замка.

Роун не на что было пожаловаться. Комната была уютной, служанка, которую она отпустила рано утром, предупредительной. Но всё таки её не покидало чувство неловкости, всё это было слишком похоже на сон. Хотя начинался этот сон, как ночной кошмар. Звук рога заставил их искать укрытия. Появился отряд всадников. Их знаки отличия встревожили Принцессу и Полковника. В укрытии ждали до ночи. А после были бесконечные поля, где их догнала карета с зашторенными окнами. Их гонец сидел рядом с кучером. Он вручил Принцессе какое-то письмо. Прочитав его, Людорика победно замахала Полковнику: