Творец жизни - Евгений Александрович Паук

отображается в коё – чём другом. Это «кое-что другое» – человек. Это цвет – не медный, не серебряный, не золотой. Это светлый цвет. Самое замечательное – это то, что можно в человеке отыскать это самое светлое. Точку, целое пятно. Главное, что светлое. Это нужно искать.

Вверх. Только вверх.

Ещё наверх. Преодолевая море, небо. Для меня наверх – значит вперёд.

В космос.

Я на кольцах неизвестной мне планеты. Мой восторженный взгляд только подтверждает величие мною увиденного. Пространство вокруг усеяно разноцветными огнями: голубыми, красными. Я вижу, а главное, чувствую (этого дара я не утратил) как горит огромный огонь – Солнце.

Возможно, планета, на которой я нахожусь, это коварный Сатурн. На блеклых картинках, пытающихся передать красоту космоса, этот гигант казался мне, или только моим глазам, совсем блеклым. Будто художник ошибся с цветом и только по своей забывчивости поместил своё творение в космос. Блеклый и серый Сатурн – словно изгой, всё тот же поверженный титан из древнегреческой мифологии.

А может не изгой – а одиночка.

Но есть ли разница?

При этой мысли, ледяные кольца (невероятно холодные!) чуть зашевелились, покачнулись. Кольца были сплошными и практически плотно прилегали друг к другу. Сквозь небольшие расщелины колец, выпускались лёгкие струйки газовых паров серебряного цвета (словно, напоминание о былом величии Титана). Они слегка извивались, словно стремились не к упорядочиванию, стройной форме, а, напротив, хотели вырваться, превращаясь в блеклые подобия существ с большими крыльями. Некоторые пары и, правда, казались мифическими существа, у которых сотворены крылья, которыми они отгоняли другие пары, словно пытаясь отогнать их прочь. Прочь, от ледяной тюрьмы, стремящейся заковать путешественника, идущего по загадочной планете Сатурн и нарушающего его владения…

Кольца снова зашевелились, не только ноги, но и сердце почувствовала ещё более сильный холод.

Кажется, они помнят, что случилось с их хозяином…

Я снова взглянул на кольца Сатурна, но уже не восхищённым, но иным взглядом. Если бы кто-нибудь сейчас взглянул в мои глаза, но бы, увидел их неполными слёз, но увидел в тоску. Эта тоска – очеловечивала планету. Я начинал видеть как могучее тело старика с бородой Сатурна, склонилось надо мной. Он протягивал в беспомощности руки. Одновременно я видел полный гнева и мольбы взгляд Сатурна.

Я не почувствовал женского тепла. Рядом со мной стояла высокая женщина с чёрными кудрями. На ней была туника атласного цвета, подчёркивавшая незримое могущество незнакомки. Её руки были чуть оголены: не хватало лишь их прикосновения…

– Моё имя известно тебе с самого детства – промолвила незнакомка, её голос был звучным и невероятно нежным – моё имя известно человечеству с далёких тысячелетий. Время хоть и могущественно, но перед моим именем оно бессильно, поскольку не может стереть его. Я живу в истории, и в мыслях людей. Моё имя – Юнона.

Моё тело склонилось перед древним божеством, но словно из рук богини, чуть коснувшейся меня, возник лёгкий ветер, поднявший меня. Я взглянул на богиню – она загадочно улыбнулась.

– Береги силы! Поклон – это то, что требует огромной силы. Силы проявить свою слабость, возможно, даже беспомощность перед чем-то великим – последняя фраза богини отдалась эхом в моих ушах. Лучше пройдёмся, насладимся беседой и тем, что нас окружает.

Богиня снова коснулась меня, нежно взяла за руку. Нежность – это то, чего всегда не хватает во время внутренней бури. Мы пошли. Я тут же задал вопрос:

– Значит, мне нужно проявить силу?

– Да, силу, но силу жизни.

– Но для чего? И как?

– Ты ведь знаешь о том, что боги когда-то вдохнули жизнь в человечество? – Юнона взглянула на меня.

Я кивнул, она продолжала:

Я вижу, что в тебе эта сила угасает. Могущество творца – видеть, что создание чахнет и слабее. Мне дано это могущество, использую его во благо: я вижу не мечты, а твои чаяния. Нельзя допустить, чтобы человек терял свою великую силу. В особенности, такой как ты.

– Какой же я, человек?

– Скоро ты сам всё узнаешь. Ты уже знаешь. Но это знание – ответ, который необходимо найти. Богиня улыбнулась мне.

«Она знает» – подумал я про себя.

Конечно – чуть строго промолвила Юнона. И коснулась одного из «газовых крыльев», потянув к себе. Облако лёгко-серебристого пара сначала поднялось над головами, стало двумя крыльями. Они словно приросли сзади моей спины.

Богиня полетела по звёздой пыли, простиравшейся недалеко от Сатурна, я плавно, не боясь упасть в бездну, полетел вслед за ней. Мы поравнялись, я спросил:

– И как я могу проявить свою силу?

– В созидании, постоянном созидании. Иногда, даже боги, мы тратим, целую жизнь на то, чтобы только разрушать. Каждый из нас не задумывается о том, что он творец. В творении – главная сила.

Я могу протянуть тебе свою вторую руку помощи. Раз в десятилетие, люди через сон попадают в космос. Я – их неизменный спутник, как и их чаяния, надежды.

– Они делают здесь то, что не могли сделать на Земле – творить и созидать. Как правило, это два человека. Самые непрочные творения предаются забвению: у космоса есть разум, который подскажет, что сделано искренне, а что ложно. Это не обычная игра, где смертные соревнуются за право быть лучшим. Здесь, победивший, обретает гораздо большее.

Космос и правда живёт своей жизнью – сказал я.

Да, и ты абсолютно в этом прав – согласилась со мной древнее божество. Несмотря, к сожалению, на то, что люди могут, наконец, телепортироваться с одного места в другое, не прилагая к этому больших сил. У человечества огромные возможности для получения знаний – каждый объект на Земле досконально изучен. Ваша человеческая память и ум настолько совершенны, что люди больше не верят в предрассудки, а уже тем более богов. Люди верят в то, что можно было создать уже создано: совершенство достигнуто. Но это далеко не так. Ты можешь доказать это!

– А что происходит с тем, кто проиграл? – круг вопросов бил по моей голове: но я решил задать именно этот.

– Это не важно, это не должно беспокоить тебя, в особенности твоё сердце – с улыбкой произнесла Юнона: к её величию, добавилось немного нежности, отчего она больше превращалась на простую смертную женщину.

Сердце бешено пульсировало…

Мы остановились. Моя спутница прикоснулась к моей груди: сердце немного успокоилось, находя снова привычный ритм.

Я оглянулся: мы стояли на крохотном астероиде, похожим на Луну, только неправильной формы, с большими вмятинами. Несколько минут мы стояли, смотря на гигантское огненное море, на котором периодически фонтанировали вспышки. Оттого, всё это казалось