Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович

В этой части плато обрыв имел меньшую высоту, чем у водопада, но не намного. Лететь было далеко, но, к счастью, недолго. Монстр не успел развернуться ко мне зубастой мордой, потому что я старался хоть кое-как управлять полетом, и у меня это получалось лучше, чем у него.

Увлекательное, скажу я вам, занятие – воздушный серфинг, особенно верхом на монстрах!

Полет закончился быстро, и мы грохнулись на камни. Хотя туша моего соперника и послужила неплохим амортизатором, ощущения были такие, словно из тела вырвали все кости, а потом вставили их обратно. Мир в глазах расслоился на несколько независимых кадров, которые постоянно пытались заползти друг на друга, а в ушах что-то свистело на одной ноте. В общем, мне было очень «нехорошо». Впрочем, не так, как «второму пилоту» нашего «экипажа», который, судя по остекленевшим глазам, уже отбыл в свой дарийский рай. Хотя как посмотреть – у него-то уже ничего не болело и не было необходимости совершать многочасовой марш-бросок по ночному лесу.

Покрасневшее солнце примерялось, как бы нырнуть за горизонт, оставляя меня в одиночестве. Впрочем, не совсем одного – тонкий писк в ушах стал четче и ниже, превращаясь в долгий вой, доносившийся сверху. Вместе с голосом воющего со скалы преследователя ко мне вернулись и другие звуки этого мира – щебетанье птиц и тихий шум водопада.

Дослушивать похоронную песню второго монстра я не стал и, прихрамывая, побежал по густому лесу в сторону далекого моря. Общая «пришибленность» и дырки от когтей мага на боках не способствовали быстрому бегу, с другой стороны, регенерация дари делала свое дело. В общем, ветра я не обгонял, но бежал довольно резво.

Было желание рвануть напрямую к стоянке корабля, но понимание того, что преследователь все равно бегает быстрее, заставило чуток повилять, как бы ни был сложен путь по ночному лесу. Впрочем, все было не так печально – рефлексы привычного к лесу дари позволяли мне ловко проскальзывал между переплетениями ветвей, а ночное зрение помогало ориентироваться на местности.

Когда на небосклон выполз огромный серебристый диск луны, которую местные люди называют «доманой» – девушкой, стало еще легче. Ночное видение раскрасило сероватый мир в серебристые оттенки. Каждый листочек, каждая ветка казались отлитыми из темного серебра, а диск луны переливался белым светом, как огромная платиновая драгоценность.

Хоть с освещением все было в порядке, бурелом оставался буреломом, а не прогулочной дорожкой, и бежать по нему было довольно сложно. Но чего ни сделаешь, чтобы не встретиться с некоторыми личностями. Один мой знакомый иногда убегал от кредиторов через окно… на четвертом этаже.

Так неужели я не смогу забраться на простое дерево, тем более что долг с меня будут брать кусками моего же мяса? Кстати, по деревьям дари лазают как белки.

У меня еще не успела оформиться мысль о том, что не мешало бы прервать след на земле, как руки ухватились за ближайшую ветку, а через несколько секунд я оказался уже через три дерева от того, на которое влез, отмахав все это расстояние по кронам.

Круто!

А вот расслабляться не стоило. Одно неосторожное движение, вызванное вмешательством в работу рефлексов, – и моя тушка, ломая ветки, понеслась к земле, но ничем трагическим этот казус не закончился: тело извернулось и приземлилось на четыре конечности. Подобно кошке.

Еще раз – круто!!!

Решив не испытывать судьбу, я не стал карабкаться обратно и побежал по земле, точнее, по толстенному ковру из многолетних отложений листьев и веток.

Следующая попытка сбить преследователя со следа была предпринята уже под утро. Выуженный из приключенческих фильмов и книг «мокрый» способ запутывания следов толкнул меня на прыжок в реку с невысокого бережка.

Лучше бы я этого не делал. Едва я оказался в воде, мое тело начала быть дрожь, а мозг затопила паника. Адреналиновую бурю в крови удалось успокоить с большим трудом и встать на ноги. Как в анекдоте, воды оказалось по пояс.

Похоже, дари не только падают на четыре лапы, как кошки, но и как эти пушистые зверьки не переносят водных процедур. Представляю эмоцию дарийских шпионов, ступающих на борт корабля, идущего на Омар и обратно. С другой стороны, я нормально перенес морское путешествие в этом теле. Возможно, здесь дело в прямом контакте с водой. Вот почему мне удалось сигануть на такое расстояние с борта яхты. Теперь становилось понятно, как у сатарцев получилось пленить стрелка.

На основе этих выводов даже родилась идея, жестко контролируя тело, переплыть реку и окончательно избавиться от хвоста, но тут по коже пробежала еще одна волна дрожи и появились пресловутые пупырышки. Похоже, такая перспектива явно не устраивала моего «носителя».

Ладно, настаивать не будем.

Спать хотелось неимоверно, но приходилось успокаивать себя народной мудростью, которая в моем исполнении уже не имела настолько зловещего смысла: «Отоспимся после смерти».

Солнышко встретило меня на подходе к брошенной деревне – значит, до бухты с кораблем оставалось минут двадцать быстрого бега. В общем, финишная прямая.

Монстра пока не наблюдалось, да и я малость подустал, поэтому решил дать себе небольшой отдых. Очень кстати пришлась небольшая лавочка у стены одного из сараев. Неказистое, но добротно сделанное сиденье дало отдых уставшим ногам, но это творение умелых человечески рук вновь напомнило о происшедшей здесь трагедии. Опасаться мне уже некого, поэтому я решил сделать то, чего не мог себе позволить вчера. Минута ушла на инспекцию некоторых приметных мешочков в поясном наборе – и в моих руках оказались почти стандартные кресало и огниво. Экстремальными способами отдыха я не увлекался, но этот древний прибор в современном исполнении видел. Нестандартным оказался только изрядный сноп искр, который вряд ли дадут даже самые дорогие походные аналоги нашего мира.

Высушенная летними днями древесина загорелась быстро, и уже через несколько минут дом превратился в погребальный костер. Я не стал вспоминать особенностей похоронных церемоний этого мира, просто перекрестился и пожелал отважным лесовикам легкой дороги в лучший мир.

Постепенно усиливающееся буйство огня едва не стало причиной моей смерти. Завороженный пламенем, я не заметил приближения врага и понял, что уже не один, только когда наконечник стрелы пропахал борозду над ребрами. Боль встряхнула расслабившийся мозг, и я рухнул в траву, разыгрывая роль подстреленного зайца.

Уловка удалась, и «охотники» начали медленно подходить ближе – то ли из любопытства, то ли желая провести контроль. Увы, подпустить их поближе для торжественной передачи роли жертвы не получилось. С другой стороны поляны раздался очень знакомый рев. Оборачиваться назад смысла не было – по круглым, как блюдца, глазам двух бомжеватого вида мужиков и так было понятно, кто там рычит. Рывок вперед – и бородатый «партизан» в засаленной телогрейке получает прямой удар праворучным клинком в горло. Тонкое лезвие пробило грязную шею насквозь, поэтому, чтобы не задерживаться, пришлось использовать меч как рычаг и разворачивать булькающего кровью бандита по часовой стрелке. Оставив за собой шлейф красных капель, меч покинул уже мертвое тело и приготовился воткнуться в следующее, но не получилось. Не то чтобы мне достался очень серьезный противник – просто оказался очень быстрым.

Парень лет двадцати от роду с громким воплем задал такого стрекача, что я с трудом поспевал следом. Подобный расклад меня тоже устраивал – во-первых, хотелось поближе познакомиться со всей бандой, во-вторых, как-то задержать уже отчетливо топающего сзади монстра, а в идеале – совместить оба действия.

Неизвестно, была ли попавшаяся мне на пути банда той самой, убившей жителей хутора. Вполне возможно, что бегущий как сайгак паренек – просто мирный охотник. В таком случае будет не очень приятно.

Мои сомнения развеялись, как только впереди появилась небольшая полянка с теперь уже несомненно бандитским бивуаком. Несколько землянок приютили около полутора десятков мужиков, одетых не только грязно, но и цветасто. Вид нескольких женских платков, служивших поддержкой для расползающейся гнилой одежды, и изобилие ржавого оружия расставило все по своим местам.