Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович

Само убежище, в отличие от основного помещения, было ухожено: пол подметен, в одном из стойл лежали скрученные матрацы. Здесь же присутствовала небольшая буржуйка.

Хозяин появился только следующим утром, когда путешественники успели выспаться и даже начали разминаться парными поединками. Четыре стойла занимали небольшие пространства под высокими окнами и оставляли посредине коридорчик четырехметровой ширины. Так что места вполне хватало.

С утра Акира заставил Андрея мучить тело катами, потом Камеко попинал отцовского ученика палкой и, к собственному удивлению, огреб такой же палкой от Вини. Маленький и очень шустрый егерь работал учебным мечом в непривычной манере, смешивая восточный стиль с перекатами и уходами в ближний бой.

Андрей наблюдал за спаррингом, облокотившись на открытую дверку стойла и потирая свежие синяки. При этом злорадно прислушивался к замечаниям учителя, которыми тот осыпал сына. Продолжая наблюдать за боем, Андрей подошел к мастеру и спросил:

— Учитель, может, мне показалось, но вы как-то по-разному произносите имя Камеко?

— Нет, ты правильно все слышать. Камеко значит дитя черепахи. И я уже бояться, что сделать неправильно, назвав сына этим именем.

Корчак постарался спрятать улыбку.

Замечания отца все же пошли на пользу, и молодой японец, плавно уйдя от выпада Вини, «подло» ударил его по заднице.

— Твою мать, япошка, да я тебя сейчас, — замахнулся палкой Вини.

— Отставить! Вини, я сколько раз говорил тебе не произносить этого слова. — Из крайнего стойла появился командир.

— Да он меня по за…

— Камеко, в следующий раз двинь ему по голове, там все равно мозгов нету, — выдвинул предложение командир егерей.

— Как нету?! Да у меня мозгов в два раза больше, чем у этого…

— Вини, следи за языком. — Тон Бати стал жестче.

Вини вздернул подбородок и церемонно поклонился молодому японцу. В исполнении практически круглого егеря это выглядело комично:

— Многоуважаемый Камеко-сан. Прошу простить меня за несдержанный язык и полное отсутствие мозгов в голове.

Камеко ответил легким поклоном, но, несмотря на абсолютно каменное лицо, в его глазах мелькала смешинка — обижаться на Вини дольше пары минут было совершенно невозможно.

В таком благодушном состоянии духа их и застал Егорыч. С собой коневод, пришедший через потайной лаз, принес эмалированное ведро с чем-то испускающим пар и стопку металлических мисок.

— Ну что, беглецы, обжились? Как спалось?

— Чудесно, сеном пахнет, и не дергаешься от каждого шума, — опередил всех с ответом Вини.

— Вот и хорошо, а я вам тут завтрак принес, — улыбнулся старик и начал раздавать миски.

Андрей с сомнением посмотрел на ведро с каким-то варевом, а вот Вини, как обычно, молчать не стал:

— Я даже не спрашиваю, дорогой хозяин, что там у вас такое. Лучше скажите — не в этом ли самом ведерке вы своим коняшкам корм запариваете?

— В этом, а что? — поинтересовался Егорыч.

— Офонареть, сначала вы меня с конями из одного ведра есть заставите, а потом захотите, чтобы я с ними целовался?

— Ты на себя в зеркало давно смотрел, красавец? — хохотнул Егорыч. — Да с тобой ни одна лошадь не захочет не то что целоваться, а даже стоять рядом.

— Слушай, Вини, не хочешь — не ешь, — пожал плечами Батя и подставил свою миску под черпак с варевом.

— Почему не хочу? Я просто так, для порядка спросил, — тут же пошел на попятную Вини, направляясь к ведру с угощением.

Непрезентабельное на вид варево оказалось очень вкусным — наваристый суп с приличными кусками свинины пошел на «ура», только у Андрея возникли дополнительные сомнения:

— Спасибо, Петр Егорыч. Если не секрет, свининка-то у вас откуда?

Егорычу вопрос явно не понравился, но ответить он не успел — помешали гости.

Снаружи вновь залился в неистовом лае мелкий комок шерсти, и стало слышно, как зарычали овчарки.

— Сидите тихо, — жестко приказал старик и быстро вышел из схрона.

Батя несколько секунд прислушивался к тому, что творится снаружи, а потом посмотрел на Андрея:

— Убивец, давай за мной, захвати «винторез». Остальным сидеть тихо, как мыши. Медведей это тоже касается, — добавил командир, увидев возмущение Вини.

Скользнув через лаз, Батя и Корчак осторожно вышли в основное помещение конюшни и заняли позицию за горкой покрытых пылью ящиков. Позиция была немного неудобной в плане стрельбы, но грамотной в плане маскировки — штабель ящиков стоял посреди прохода практически в центре конюшни. Андрей прекрасно видел все, что творилось возле дома коневода, а незваные гости вряд ли могли заметить засевших в густой тени беглецов.

В гости к Егорычу заявились аж пять человек с арбалетами и в одинаковом камуфляже. Их голоса были достаточно громкими, чтобы понять, о чем идет речь, несмотря на расстояние.

— Чего надо? Вроде выгребать дерьмо еще рано. Да и не думал я, что сынишка Каа опустится до черной работы, — хмуро спросил у гостей Егорыч.

Компания пришельцев состояла из четверых парней и одного мужика преклонных лет. Среди молодежи особо выделялся прыщавый пацан лет восемнадцати в новом камуфляже и с дорогим блочным арбалетом в руках. Похоже, он и верховодил в этой компашке:

— Заглохни, старый. Мы гонимся за бандой отморозков, они могли заныкаться где-то у тебя, — заявил «прыщавый». Юноша постепенно впадал в бешенство и слабо себя контролировал. А может, таким он и уродился.

— Здесь никого нет, — спокойно ответил Егорыч.

— А вот сейчас мы это и проверим. Пацаны, шманаем тут все!

Сынок ныне покойного Каа оттолкнул Егорыча и направился в сторону конюшен.

— Если что, стреляешь только по молодежи. Вон того, в бейсболке, оставляешь напоследок, он плохо бегает, — тихо скомандовал Батя и скользнул к двери.

Движение егеря Андрей больше почувствовал, чем увидел, — он не решался отвести взгляда от разворачивающейся снаружи сцены и все же не успел заметить, как Егорыч развернул свой хлыст. В воздухе раздался резкий щелчок — и сразу же за ним дикий вопль. «Прыщавый» ухватился за лицо и рухнул на колени. В сторону старика моментально нацелилось четыре арбалета, но он спокойно посмотрел на незваных гостей:

— Если у вас приказ, то обыскивайте, но с моего разрешения и без хамства. — После этих слов коневод спокойно развернулся и ушел в дом. Одна из овчарок, та, что покрупнее, многообещающе посмотрела на людей и убежала следом за хозяином.

Батя тенью скользнул от двери обратно и, пробегая мимо Андрея, тихо прошептал:

— Все, уходим.

Впрочем, спешили они зря. Лишь через десять минут в основном помещении раздались чьи-то шаги, но люди потоптались пару минут у входа, а затем звук шагов отдалился.

Еще через полчаса в схрон наведался Егорыч.

— Наркоманы поганые, совсем мозги с дымом ушли, — пробурчал он себе под нос. — Батя, ты видел этого урода? Совершенно страх потерял, гаденыш.

— Зря вы так, у парня горе — отца подстрелили, — со злобной улыбкой ответил егерь.

— Да ну? И кто отличился? — вскинулся старик.

Батя коротко кивнул на Андрея, и парень заработал от Егорыча уважительный и заинтересованный взгляд.

— Не скажу, что убивать хорошо, но за этого гада упрекать не стану. Да, кстати, ты спрашивал, откуда свинина? Так из Демидова, вестимо. Я им тут лошадок выращиваю, а они мне продукты и рабсилу подбрасывают. Раз в неделю приходят сено по накопителям в конюшнях разнести и навоз вывезти, — ухмыльнулся Егорыч и тут кое-что вспомнил: — Да, Батя, насчет лошадок. Перед уходом Мишка Удод передал от старосты, чтобы я готовил четырех кобылок. Послезавтра зайдет «черный караван» и заберет.

— «Черный караван»? — удивился егерь.

— Да, ты ж не знаешь. Краснов пошел на договор с эльфами, и теперь раз в полгода ушастые будут забирать четырех женщин и столько же лошадок. Блин, знать бы зачем — если на смерть, то уведу коней в лес, и пошло оно все к чертям собачьим, — махнул раздосадованный коневод и, чтобы не раскисать перед посторонними, вышел из схрона.