Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

Уже не важно было, что подумают и скажут люди, и как классифицировалась их связь обществом. Правильно или неправильно. Естественно или нет. Какая вообще разница? Важно было только то, что оба этого хотели. В действиях и прикосновениях ощущалась не просто отзывчивость, а сильное желание двигаться навстречу друг к другу. Одновременно. Взаимно. Мистически-трагический туман событий сдерживал, но когда он ненадолго развеялся, и настала временная передышка — их потянуло друг к другу, сокращая и без того маленькое расстояние.

— Мне нравится новый формат наших бесед, — прошептал Юэн, чуть отстранившись от Бернарда и поглаживая его по щеке.

— Да, — улыбнувшись, ответил Бернард, — мне тоже.

Они устроились на диване, оказавшемся внезапно очень удобным для подобных «разговоров». Бернард скинул толстовку, оставшись в футболке — дома было тепло. Даже жарко. Или это так казалось. Юэн одним ловким движением избавился от тёплой флисовой рубашки, оставшись в лёгком свободном лонгсливе.

Бернард коснулся большим пальцем аккуратной ямочки на подбородке Юэна и мягко провёл вдоль линии челюсти. Сияющие серые глаза — серебряные — смотрели нежно, пронзительно. Чуть приоткрыв рот, Юэн едва уловимо касался губ Бернарда. От этой лёгкой дразнящей игры кончики пальцев вновь начало покалывать, а от прикосновений к лицу и шее кожа будто бы горела. Бернард немного подыграл, отдаляясь и увиливая, прежде чем притянуть его к себе за затылок и поцеловать. Руки Юэна с заботливой нежностью гладили высоко вздымающуюся грудь Бернарда через футболку, пальцы сжимали плечи. Голова кружилась от таких прикосновений.

Когда Бернард мягко поцеловал Юэна в шею, срывая с его губ томный полустон, он забыл, как дышать. Эти ласкающие слух звуки окутывали рассудок туманом и выкидывали все лишние мысли из головы, заставляя потерять счёт времени. Юэн отклонился назад, на подушки, и запрокинул голову, подставляя шею для порции новых поцелуев. Бернард не заставил себя долго ждать, подавшись вперёд и ощутив осторожные прикосновения пальцев к своему затылку. На языке ощущался лёгкий солоноватый привкус, что лишь подпаляло желание исследовать губами каждый дюйм чувствительной шеи. Чтобы сильно не наваливаться на Юэна, Бернард упёр одну руку в диван. Другой он поглаживал через ткань кофты его бок, живот, протискивал ладонь к напряжённым мышцам спины. Когда он случайно коснулся мизинцем и безымянным пальцем оголившегося участка кожи у линии джинс, Юэн вздрогнул, вновь издав полустон, и на интуитивном порыве плавно двинул тазом.

В дверь позвонили. Сначала показалось, что звук звонка исходил откуда-то издалека. Что это какой-то слуховой обман. Однако через пару секунд звонок раздался более громко и отчётливо.

— Что за издевательство? — со вздохом глубокого сожаления спросил Юэн. — Кого могло занести в такой час? За окном темно, разве нормальные люди в такое время ходят в гости?

С неохотой отстраняясь от Юэна, Бернард сел ровно, потянулся к своей толстовке и извлёк из кармана телефон. На дисплее высветилось время: половина одиннадцатого. Не ночь, но для гостей точно поздновато. Кто бы мог это быть?..

— Пойду открою. Может, что-то важное. Вдруг у соседей что-нибудь случилось, — вяло сказал Бернард, удивляясь сам себе, почему не чувствует волнения от визита нежданного гостя в такое в позднее время.

— Надеюсь, что нет, — сказал Юэн, вновь повалившись на диванные подушки, будто из него вычерпали все силы. — Если это призраки, то посылай их к чёрту.

Бернард встал с места и усмехнулся.

— Нет, призраки обычно бесцеремонны и дверями не пользуются.

Юэн фыркнул, сел ровно и провёл руками по волосам, стараясь привести их в порядок. В коридоре Бернард посмотрел на себя в зеркало и тоже пригладил чуть растрепавшиеся волосы. Застегнул толстовку и облизнул губы, ставшие алыми и чуть припухлыми от прилившей к ним крови. Желание вернуться обратно к Юэну на диван и продолжить заниматься тем, чем они занимались, было велико, однако дверь надо было всё-таки открыть. Мало ли действительно что-то важное. Потому что таинственный гость казался очень настойчивым и позвонил снова, пока Бернард приводил себя в порядок у зеркала. Со странным спокойствием он открыл дверь.

— Привет, — вскинув руку в приветственном жесте, воскликнула Эрика. — Я увидела, что у тебя горит свет, и подумала, что ты не спишь. Надеюсь, не разбудила?

— Привет, — в смятении произнёс Бернард, приоткрывая дверь шире. — Всё нормально, я не спал. Не ожидал тебя здесь увидеть.

Эрика улыбнулась и застенчивым жестом убрала прядь распущенных волос за ухо.

— Прости, что так поздно, но я принесла тебе то, что ты просил, — сказала она, пряча подбородок за ворот бежево-розовой куртки.

— О, в этом не было необходимости, — нахмурился Бернард, всеми силами стараясь сохранять невозмутимый вид. — Я мог бы завтра заехать в библиотеку или ты бы отдала в бассейне.

— Просто моя подруга — твоя соседка — пригласила меня в гости, и я подумала, что могу занести тебе распечатки сегодня, если ты будешь дома. Машина на месте, свет в окнах горел, вот я и подумала... — залепетала она, покрываясь румянцем.

— Вот как, — задумчиво произнёс Бернард, затем приоткрыл дверь ещё шире. — Проходи тогда. На улице холодно. Будешь чай? Или горячий шоколад?

— Да, спасибо. Не отказалась бы от чего-нибудь из этого, — кивнула Эрика, раздвигая руками шторку из бусин и переступая порог дома.

В коридоре, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди, уже стоял Юэн с немного сонным видом.

— Привет, — сказал он, дежурно улыбнувшись.

— Привет, — сухо ответила Эрика, не удивлённая, но несколько смущённая его присутствием. Она знала, что Юэн живёт у Бернарда, просто, вероятно, ожидала, что он будет сидеть в своей комнате, которую якобы снимал.

Бернард, стоявший за спиной Эрики, пока та разувалась, поймал вопросительный взгляд Юэна и пожал плечами.

— Так что ты будешь? Чай или горячий шоколад? — спросил Бернард, двигаясь по направлению к кухне.

— Чай. Не хочу сладкое на ночь.

— Если тут принимают заказы, — сказал Юэн, замыкающий шествие, — то лично я не отказался бы от сладкого. Можно мне горячий шоколад?

Бернард обернулся через плечо, поймав лукавый взгляд Юэна, и ощутил, как губы расплылись в улыбке. Эрика не заметила их переглядываний, предпочитая делать вид, что Юэна здесь нет вообще. Но Юэн здесь был, и ни он сам, ни Бернард не пытались скрывать очевидное.

Эрика не впервые была у Бернарда в гостях. Как-то ненадолго она заходила к нему, когда ещё Грегор был жив. Тогда они просто поболтали и выпили по чашке чая. Ничего особенного. Просто дружеский визит.

Юэн застыл в проёме, теперь уже с интересом наблюдая за происходящим. Эрика села за стол, спиной к нему. Может, ненамеренно, а, может, лишний раз показывая, что ей нет до него никакого дела. Бернард поставил чайник на плиту, налил молоко в ковшик. На Эрике был бежевый свитер крупной вязки и синие джинсы — довольно будничный наряд. Хотя было бы странно, если бы она пришла в коротком платье или в какой-то иной одежде, призванной привлекать внимание. Юэн, конечно, мог бы по поводу её визита отколоть какую-нибудь шутку, однако Бернард по-прежнему видел в действиях Эрики только проявление дружбы и лёгкой симпатии. Ничего более серьёзного.

Недолго думая, Эрика достала из своего рюкзачка небольшую папку и положила её на стол. Щёки девушки зарумянились, но уже скорее не от смущения, а от прильнувшего к лицу тёплого воздуха.

— Спасибо, — сказал Бернард, приблизившись к столу и подтянув папку.

Сейчас проверять содержимое он не хотел, но прекрасно знал, что там внутри — старые статьи из местной газеты. На днях он попросил Эрику распечатать их, сказав, что это надо ему для одного проекта. В библиотеку пока ехать сам он не хотел из-за боязни встретиться там с Алисией. Он едва-едва восстановился от шумов на кладбище. Юэн приблизился к плите с гревшимся чайником, насыпал в горячее молоко большую ложку какао с горкой — перешёл в режим самообслуживания. Эрика покосилась в его сторону.