Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

— Что случилось? — переступив порог, спросил Бернард и приблизился к Юэну почти вплотную. От него веяло прохладой. Пахло мылом и немного потом.

Юэн отшатнулся и недовольно цокнул языком. Бернард заметил ещё несколько ссадин на его бледных щеках и скулах. Кончики тёмных волос у лица заострились от воды. На серой кофте застыли багровые пятнышки крови.

— Тебе помочь? — спросил Бернард мягко.

— Сам справлюсь, — хрипло буркнул Юэн, прокашлялся и, погладив рукой правый бок, поморщился.

Бернард постоял перед ним ещё несколько секунд, пытаясь заглянуть в серые глаза, которые Юэн прятал, как провинившийся щенок, затем отошёл и присел на краешек ванны. Просто так уходить он не собирался.

— Заранее извини за небольшой стриптиз, — сказал Юэн и задрал кофту с одного края, обнажая тёмное расплывчатое пятно гематомы на рёбрах. — Херово, а я надеялся, что синяка не будет.

Бернард подорвался с места, но Юэн устало выставил свободную руку вперёд.

— Ты уверен, что тебе не надо в больницу?

— Вроде кости не торчат, значит, ничего не сломано, — сказал Юэн, прощупывая область синяка.

Бернарду казалось, что гематома на боку Юэна багровеет и разрастается с каждой секундой, как после дождей увеличивалось пятно на потолке в фотостудии. Но, конечно же, так стремительно в размерах она не росла. Бернард приблизился и протянул левую руку, едва уловимо коснулся рёбер, вернее, аккуратных бугорков зубчатых мышц. Юэн чуть крепче сжал край кофты. Грудь его как-то неравномерно вздымалась, а рука со сбитыми костяшками замерла на месте, прикрыв часть синяка.

— Сильно болит? — шёпотом, практически на ухо, спросил Бернард, проведя по расплывчатой линии пятна. Кожа под подушечками пальцев покрылась мурашками. Большим пальцем он случайно скользнул по мизинцу Юэна с тонким колечком и по тыльной стороне его ладони.

— Только если надавить. А так всё нормально, — тихо и хрипло ответил Юэн.

Бернард надавливать и проверять целостность костей не стал. Он убрал руку, сжал ладонь в кулак. Под пальцами медленно таяло ощущение «гусиной кожи».

— Я могу отвезти тебя в больницу, — напомнил Бернард, пытаясь заглянуть Юэну в глаза. — У тебя может быть трещина в рёбрах.

— Ты недооцениваешь крепкость моих костей. Это всего-навсего небольшой ушиб, — апатично сказал Юэн, опуская кофту. Он всё ещё болезненно отводил взгляд в сторону. — Не будем драматизировать.

— Небольшой? Ну да.

— Бывало и хуже, поверь.

Нехотя Бернард вернулся обратно и сел на краешек ванны, сцепил пальцы на коленях.

— Расскажи хотя бы, что произошло? — задал он вопрос, который Юэн в первый раз оставил без ответа.

Юэн с шумом втянул воздух, потянул дверцу с зеркалом на себя, неспеша достал с полочки антисептик, оторвал кусочек ваты.

— Я облажался, — расстроенно выдохнул он. — В который раз.

Нахмурившись, Бернард непонимающе помотал головой и посмотрел на отражение Юэна в зеркале. Отражение свои глаза тоже не особо хотело показывать.

— Обычно ты иначе реагируешь на участие в драках.

— Обычно... — эхом с хрипотцой повторил Юэн, обрабатывая ранки на лице ватой, смоченной антисептиком, — но не когда до окончания испытательного срока на работе остаётся меньше недели.

Бернард продолжал хмуриться, не совсем понимая суть произошедшего. Юэн тяжело вздохнул, поведя плечами.

— Я сцепился с некоторыми из своих старых знакомых.

— Из твоей бывшей группы? — предположил Бернард.

— Если ты думаешь, что это единственные люди, с кем я не в ладах, то ты глубоко ошибаешься. Я далеко не со всеми такой дружелюбный и улыбчивый клоун, и неприятелей у меня достаточно, — в голосе Юэна сквозил холод. Его раздражительность отдавалась низкой и резкой хрипотцой. Но источаемое им недовольство было направлено на себя, и Бернарда оно не задевало. После долгой паузы Юэн заговорил чуть более мягко: — Однако ты близок к разгадке. Те люди знают Чеда и других ребят из его группы. Кстати, после моего ухода они разошлись. Как написал мне барабанщик Рикки. Короче говоря, до меня начали докапываться за моё последнее сольное выступление, называя его пидорс... э-э... чрезмерно слащавым. Моральные братья Чеда, как можно догадаться. Даже одинаковыми фразами пользуются. Я им намекнул, что за словами надо следить, потому что жить со сломанным носом и без зубов такое себе, но, конечно же, предостережений подобные люди не понимают. Вместо того, чтобы просто позвать охранников и выпроводить их, я не выдержал и сцепился с ними, — Юэн остервенело бросил порозовевший от крови кусок ваты в мусорное ведёрко.

— Как тебе поставили синяк на боку?

— Я что, помню? — огрызнулся Юэн.

— Сколько их было хотя бы?

— Трое.

— Трое на одного? В таком случае ты ещё легко отделался. Всё действительно могло быть хуже...

— Не совсем на одного, потом ещё Гэри подключился. Ты бы видел, как я их раскрасил, — натянуто усмехнулся Юэн.

Бернард даже не улыбнулся. Он тяжело вздохнул и почему-то ощутил неприятный привкус горечи во рту.

— Ладно. Банальная и тупая шутка, — пробурчал Юэн, — которая ещё могла бы быть смешной лет двадцать назад.

— Полицию вызывали?

— Я тебя умоляю, какая полиция? — с раздражением бросил Юэн, недовольно цокнув языком. — Обыкновенная потасовка в клубе, никакой поножовщины. Так, покричали и помахались кулаками. Херня, короче.

Да уж, подбором слов Юэн сейчас был не обременён.

— Из-за чего ты так расстроен? — прямо спросил Бернард, наконец на мгновение встретившись взглядом с отражением Юэна. — Ты ведь поступил правильно. Как и тогда, когда тебя закрыли в тёмной подсобке.

— Классно, если бы Эйс тоже был такого мнения. Как админ я должен останавливать конфликты в клубе, а не начинать их, — сквозь зубы процедил Юэн. — Конечно, те парни теперь в наш клуб не попадут, но и Эйсу вряд ли нужен администратор, который не может держать эмоции под контролем.

— Тебя спровоцировали, — твёрдо сказал Бернард. — Или Эйс этого не понимает?

— Я в любом случае не должен был встревать с ними в драку.

— И Эйс сказал, что уволит тебя?

— Он ничего не сказал, но явно был недоволен, — Юэн облизнул губы, посмотрел на свои руки в ссадинах. — Просто в кои-то веки мне начало казаться, что я поступаю правильно и жизнь моя — не сплошная череда неудач. Но потом по собственной глупости я опять всё разрушаю...

Бернард опустил взгляд в пол и неосознанно принялся разминать пальцы и поглаживать костяшки. Его волновало моральное состояние Юэна. Он выглядел сильно расстроенным, когда говорил об этой драке в клубе, о том, что этот конфликт может пошатнуть его на должности администратора. Вопрос самореализации крайне сильно его беспокоил. Теперь Бернард отчётливо это видел, но он был отчасти рад, что Юэн начал показывать ту часть себя, которую обычно скрывал от других людей, скрывал от него раньше. Это казалось искренним: не просто натянуто улыбнуться и замять разговор, а рассказать о своих мыслях, даже о своих опасениях. По себе Бернард знал, что это непросто, но такими крохотными шажками, возможно, они дойдут до взаимного понимания. Так-то, Юэн мог и не показывать синяк на боку. Мог и дверь в ванную закрыть, и их разговор не состоялся бы.

—

Смотрю на своё отражение, и что же я там вижу? Абсолютно ничего хорошего. Сплошное разочарование... —

мрачно пропел Юэн.

— Вряд ли Эйс уволит тебя из-за произошедшего. Он показался мне рассудительным. Сейчас на эмоциях тебе кажется, что всё плохо, но давай дождёмся его вердикта. И в любом случае, на том клубе мир не заканчивается.

— Да, ты прав, — повернувшись, устало проговорил Юэн, впервые за время их разговора кратко посмотрев Бернарду в глаза, не уводя взгляда и не через отражение. — Сейчас я чувствую себя поганым куском дерьма и вряд ли в состоянии сказать что-то вразумительное. Через несколько дней узнаем, останусь ли в клубе или пойду искать новую работу, — Юэн даже попытался улыбнуться. — Ладно, Берн, а теперь я хотел бы принять по-быстрому душ и после отправиться спать, пока моё самобичевание не приобрело критические масштабы.