Психоисторический кризис - Дональд Кингсбери

Она не шутила!

Но как такая жестокость могла сохраниться вплоть до новых просвещенных времен? Джама был поражен до глубины души этим неожиданным проявлением кровожадности — при том, что сам привык петь дифирамбы священному насилию Междуцарствия, которое подстегивало развитие человеческого рода! Как могли гены свирепости дойти до этой женщины в целости и сохранности через сотни поколений? Каких чудовищ привлекают его революционные идеи! И как получилось, что у нее такая милая дочь — этот ангелочек, который так любит сидеть у него на коленях и дергать за нос? Может быть, ухо своего мужа она тоже держит где-нибудь как сувенир? Надо будет спросить как-нибудь в постели… А как, интересно, отнесутся к этим ушам на таможне?

Ужасная продолжала измываться над перепуганной командой транспорта — она прохаживалась вдоль строя, демонстрируя всем отрезанное ухо, а другой рукой игриво теребила уши терранцев и издевательски вежливо, пародируя стиль покойного капитана, корила их за глупость и легкомыслие. Заметив бледное лицо Кикажу, она криво усмехнулась.

— Мне не нравится терранское чувство юмора. Пусть немного попотеют!

— Но нельзя же судить обо всех обитателях Терры по этим негодяям? — пожал плечами гиперлорд.

Трое членов абордажной команды любезно вызвались довести корабль, лишенный команды, до места назначения — в качестве бесплатной услуги, предоставляемой флотом законопослушным гражданам Второй империи. Там чиновник и его спутница испарились, а неизвестно откуда взявшиеся отставной пилот с женой сели на попутный транспорт, направлявшийся на внутренние планеты тусклой красной звезды Рани в мелкой подсистеме Севиннского Архипелага. И уже оттуда чартерная яхта, зарегистрированная на Рани, доставила наконец пожилого бизнесмена с секретаршей на орбиту Дальнего. Яхта не была приспособлена для посадки на планету, поэтому пассажирам пришлось пересесть в челнок. Далеко внизу расстилались тысячи километров красноватых пустынь, пересеченных узкими извивающимися реками. Эта планета совершенно не походила на чиновничий муравейник Светлого Разума, изрытый норами. Как же управлялся этот Дальний Мир? Здесь не было даже руин бюрократии! После пустынь начались безбрежные пространства леса с редкими признаками поселений. С цивилизацией путешественники столкнулись лишь в последний момент, когда челнок с головокружительной скоростью пикировал и сел на окраине Телмер-Сити.

Добираться из космопорта до города нужно было на такси через подземные туннели — сумасшедшая гонка с виражами живо напомнила Кикажу Светлый Разум. Но на этом сходство и заканчивалось. Их номер в роскошном отеле «Хобер» находился на сороковом этаже, и открывавшаяся с высоты панорама города с его высоченными зданиями и широкими проспектами была для гиперлорда, привыкшего к катакомбам родной планеты, чем-то совершенно фантастическим. Отдельно стоящие небоскребы резали глаз — он привык к более сбалансированной архитектуре. Джама с трудом заставил себя подойти к окну и, инстинктивно уцепившись за штору, стал смотреть сверху на площадь Знания, заложенную еще первыми колонистами по проекту самого Основателя. Слева возвышался дворец мэра. Трудно поверить, но мэр этого небольшого университетского городка с населением в двадцать миллионов когда-то распоряжался делами всей Галактики! И вся огромная площадь усажена деревьями! Деревья, растущие в городе на открытом воздухе, — чудеса, да и только!

С правой стороны, на другом конце площади, красноватые лучи заходящего солнца Дальнего отчетливо высвечивали колоннаду Мавзолея Основателя. Казалось, это место до сих пор излучает ауру великого человека, который продолжал изрекать отсюда свои пророчества спустя столетия после смерти. Джама был поражен, обнаружив признаки благоговения даже в своей циничной душе. Рука давно покойного Основателя до сих пор заводила часовой механизм Галактики. «Клянусь глазами Основателя!» — так до сих пор восклицали все, когда были поражены каким-нибудь неожиданным открытием. И этот великолепный Мавзолей воистину был вторым центром Галактики после Светлого Разума.

Пока Кикажу, держась за штору, чтобы не упасть, молча отдавал дань уважения великому древнему гению, Катана пыталась связаться с клиентом через информационную панель, но ее кодовый запрос с оговоренным заранее текстом ответа не получил.

— Ничего нет, — озадаченно пробормотала она.

Сердце Джамы упало с высоты всех сорока этажей. Неужели они проделали весь этот долгий путь зря? Впрочем, он принял меры и на такой случай: в контракте имелся пункт, предусматривавший штрафную выплату денег в случае неявки клиента.

— Ну что ж, по-видимому, они хотят, чтобы мы стали посговорчивей, поторчав здесь пару оборотов планеты, — пробормотал он, закрывая шторы, чтобы успокоиться.

— Нет, — улыбнулась Катана. — Просто они еще не прибыли. Я не думаю, что они с Дальнего. Так что подождем — я уже запустила в сеть программу, которая отслеживает возможных визитеров с других планет. Теперь мы как пауки в паутине. Одно подозрительное движение в сети — и мы узнаем, кто они и когда прибыли, причем еще до того, как они сами попытаются связаться с нами. Старый прием разведки флота. Если это полиция, сразу сваливаем. Как тебе нравится наша комната? Две кровати! Можно заниматься любовью дважды за ночь!

— Мне больше нравится интерьер. Сколько вкуса! — Джама любовался отражением своего затылка внутри золотой рамы магического зеркала. Он переключил зеркало на вид сбоку и горделиво задрал нос. — Если бы мне удалось содрать со стен всю эту красоту и улизнуть с добычей в дальний космос, то на Светлом Разуме я стал бы богатым человеком.

— Это же просто копии, — презрительно бросила Катана.

Ее возмущало одно только предположение, что какие-то провинциалы с дальней Периферии могут иметь изысканный вкус, даже если им и удалось некогда добиться успеха в своих неуклюжих завоеваниях.

— Ты не антиквар и не можешь этого оценить! Конечно же, все эти бесценные артефакты — не более чем копии, хотя без нанометрического исследования и этого нельзя полностью гарантировать, но я ставлю голову, что ни у одного торговца на Светлом Разуме нет шаблонов для таких чудесных вещей. Ты только погляди!

Он обвел широким жестом стены номера и коридор.

— Во-первых, — продолжал гиперлорд, — все, что здесь есть, создано до империи — до Камбала Первого. Все эти предметы были уже историей, когда Светлый Разум еще оставался лишь одним из множества торговых миров, стремящихся выбиться из статуса сельскохозяйственных придатков таких гигантов, как Сотама и Маханская Конфедерация. А ваши почитаемые Внушающие Ужас предки тогда еще едва наскребали себе на жизнь мелким воровством на кометном поясе.