Наемники Судьбы.Пенталогия - Юлия Федотова

Мы прошли село из конца в конец. Заглядывали в дома, довольно зажиточные и современные, с дымоходами, выгребными ямами, навесными рукомойниками и кроватями, отдельными для каждого члена семьи. Вот только даты я так и не узнал – не у кого было спросить. Ни одной живой души не осталось в Витвендорфе, все жители валялись где попало, с перегрызенными глотками, совершенно обескровленные. Не представляю, кто их мог прикончить? Для упырей раны слишком большие, для оборотней – слишком мелкие, да и кровь оборотни не сосут… Скорее всего, сюда добралась какаято нежить из Эрринорских колдовских лабораторий. Наверное, она уже начала плодиться и размножаться. Быстро, однако!.. Сколько народу ни за что полегло и сколько ещё поляжет – страшно представить! Ильза опять плакала, никак не привыкнет.

В опустевших домах мы разжились свежей едой и коекакой одеждой – местным она всё равно больше не понадобится. Дамы наши предлагали расчисть один из домов от трупов и заночевать, им надоело мерзнуть на улице. Но Балдур сказал, что покойники дурные, как бы не встали, поэтому мы должны до заката унести ноги. Так мы и поступили, но это не избавило нас от неприятностей.

Солнце уже почти село, и мы стали подумывать о привале, когда из лесу вышла старуха, одетая в чёрное. Издали – старуха как старуха, худая и косматая, вроде ведьмы. Не могу сказать, что меня в ней насторожило. Не то подумалось, зачем она ползала по сугробам, если даже хворосту не набрала, не то удивило, что так легко одета – в одно платье и без шапки, ведь обычно старые люди любят кутаться… Или в Астрале она мне не понравилась? В общем, сам не зная зачем, я черканул защитный круг. И хорошо сделал! Как только мы достаточно сблизились, старуха, вытянув вперёд руки, двинулась прямо на нас! Какая же она была страшенная! Мороз по коже! Морда хищная, жёлтая, как из воска – не поймёшь, живая, или покойница, когти хуже чем у меня – одним махом кого хочешь располосует, глаза странные, ни у кого таких не видел! Зрачки не нормальные, вертикальные, и не круглые, как у людей, а горизонтальные и узкие, будто щёлочки, почти незаметные. Безобразный вид – кажется, будто оба глаза заплыли бельмами. Тем не менее, видела старуха прекрасно и с курса не сбивалась. Шла на нас и шипела. А уж какой от неё разило силой – словами не передашь! Не каждый демон такой похвастается!

Мы столпились в кругу, а мерзкая тварь стала шарить руками по стенам руками, на манер упырей. Не знаю, чего она от нас хотела. Сожрать, наверное. Энка попробовала с ней ругаться – орала «пшла прочь, дура старая» и тому подобное, но та и ухом не вела. Не то была глухая, не то постароземски не понимала. Покружилась, покружилась, не нашла лазейки, и принялась за нашу защиту. Била так, что мой круг ни за что не выдержал бы! Спасибо, с нами был Балдур Эрринорский! Всётаки, очень выгодно иметь среди родных и близких профессионального чёрного колдуна! Его защиту чудовище преодолеть не могло. Но и отступать не собиралось. Мы уже начинали замерзать, а оно продолжало осаду.

В общем, ситуация сложилась глупая до предела. С одной стороны, следовало бы выйти из круга и прикончить врага драконьим мечом. С другой – всех нас учили уважать старость. Тварь явно не желала нам добра, но ведь и зла не успела причинить. Поэтому связываться никто не хотел, все надеялись переждать. Но старушенция попалась упорная, видно, решила взять нас измором. А мы не могли ждать так долго. Через несколько часов Энка окончательно взбесилась, и нам пришлось тянуть жребий. И пал он на меня – вот ведь подлость! Всётаки дамам было бы сподручнее! А я чувствовал себя настоящим Родионом. Это мне Макс както к слову рассказал. Был в их мире один студент по имени Родион, прибил топором старушку их породы торговых гоблинов, а потом долго терзался муками совести… Хотя, нет! В их мире нет торговых гоблинов. Чтото я со старушкой напутал.

К какому народу относилась наша старушка, тоже осталось невыясненным. Балдур говорит, возможно, это была ламия, вроде тех, что водились в Аполидии. Правда, после Первой Мировой они перевелись, но ктото из колдунов вполне мог заниматься их возрождением.

Справиться с ней оказалось ох как нелегко! Без драконьего серебра не стоило и пытаться. Мне думается, она просто выглядела старообразно, а на деле была молодой и здоровой тварью. Чуть не четверть часа скакали мы по сугробам, прежде чем я сумел её уложить. За это время она успела разодрать мне плечо когтями – до сих пор болит, не смотря на вмешательство Аолена. Ядовитая, зараза! А Энка ещё ругала меня, зачем так долго вожусь! Сама бы попробовала! Я дважды протыкал старуху насквозь, а ей хоть бы что! Хуже любого берсеркера! Подохла только тогда, когда я снёс ей голову с плеч. Рухнула, зашипела и растаяла – даже платья не осталось. Видимо, это была не одежда, а часть её тела, как у призрака… Боги великие, какой только дряни не водится на свете! Не удивительно, что его то и дело приходится спасать!

Февраль, четверг.

Сегодня утром отнёс Агнессу к Максу. Мы с Балдуром решили, что этот мир стал слишком опасен для комнатных собак. Агнесса не особенно возражала, Макс тоже. Ирина и её дочь визжали от восторга. Пока мы с Максом болтали о том о сём, Ирина успела сбегать в лавку и накупить всякого добра. Очень прогрессивный мир – чего там только не делают специально для собак! О назначении половины вещей я даже догадаться не смог! Они загадочны, как чёрный камень Ло! Надеюсь, Агнесса, окружённая такой заботой, будет не очень скучать по хозяину. Мы договорились, что я стану приводить его время от времени, на свидание. Макс и Ирина ещё никогда не видели чёрного колдуна, думаю, он им понравится.

А в нашем мире всё попрежнему – тоска! Стоит оттепель, дорогу окончательно развезло, поднялся сырой ветер, такой, что с ног валит, спасибо ещё, что в спину. С неба снег – не снег, дождь – не дождь – дрянь какаято сыплется. Сапоги промокают насквозь. Уж лучше бы мороз, честное слово!.. Приятно думать, что Агнесса теперь в тепле и безопасности. Было бы лучше, если бы Балдур был при ней, но он решил остаться с нами. Он самый старший из нас, и, похоже, испытывает чувство ответственности. Следит, чтобы мы не творили совсем уж откровенных глупостей. Например, чтобы я не убегал от Аолена, когда тот практикуется на мне в целебной магии. До чего же я не люблю всяких лекарей, знахарей и целителей – кто бы знал! Хуже них только оперные певцы и бродячие комедианты! Плечо у меня гниёт и не даёт покоя Аолену. Другой бы давно плюнул и ждал, пока само пройдёт, но ему непременно хочется излечить! Донимает меня на каждом привале, поит какимто тошнотворным зельем, и всё напрасно. Хорошо, что я демон, иначе, наверное, помер бы, не от раны, так от зелья. Пока не стану больше писать – больно.