Перед рассветом - Арсений Дмитриевич Ляхов

— «Саш, хватит», — успокаивал её Артём: — «Молодое поколение, учится ловить ветер крыльями, я сзади страхую. Будь уверена».

— «Снижайтесь, подлетаем», — сменила она тему, не зная, что ответить: — «Они не могли улететь, куда-нибудь отправиться?»

— «Могли, но мы с Гришкой договорились, что за долину он не полетит», — ответила Наташа.

— «Да вон они, оба!» — пикируя к поляне, Саша сразу увидела обоих: Гришка лежал перед Сеней, который упёрся спиной в скалу и сел, скрестив ноги, возле своих вещей, и как-то непонятно, даже игриво, махал кистью, и дёргал головой вверх-вниз, будто театрально бормотал; его собеседник поведением не отличался, тоже сильно махал одной ладошкой, в другой держал какой-то прибор, двигал головой туда-сюда, явно что-то говоря Сене.

Когда все приземлились, парочка даже «привет» не сказала, даже в их сторону не посмотрела, что ввело всех в недоумение. Картина перед ними разворачивалась такая: Гришка придерживал лапой мелкий, даже для сталкера дрон, и не давал тому ни сесть, ни взлететь, из-за чего тихо хихикал, а Сеня, недовольный, уже грозился друга на ленточки порезать.

Беседа была жаркой:

— Б****, ты з*****, Грех. Скоро моторчики сгорят, он на автоматике работает, сам добавляет количество оборотов! Отпусти, рептилия ты неполноценная!

— Да, ладно, не сломаю. Дай поиграться, — скалясь, тот тянул то вверх, то вниз бедную машину, — у меня такой игрушки не было.

— Ой, мальчику подарили «компуктер»! — изобразил он озабоченный родительский голос: — Мальчик хочет поиграться!

— Ой, сам ведь хотел позапускать, поиграться!

— Скотина, хватит ломать технику, гуманитарий ты, хренов!

— Да на, на, — увидев, что его дорогие друзья, смотрят на них такими глазами, что в них лампочка поместится, Гришка протянул Сене дрон.

— Сволочь, — сказал тот на выдохе, взяв своё имущество и отключив его, — здоровый хрен, блин, вымахал, только и умеешь маленьких обижать! — специально сказал он, погладив по корпусу «Малыша».

— Эти маленькие, бывают очень борзыми, — ответил Гришка, посмотрев сначала на Сеню, а потом на прибывшее семейство, спрашивая их взглядом «Так ведь, дорогие мои?».

А те продолжали удивлённо стоять и смотреть на происходящее, не понимая, как за одну ночь и полдня, самый серьёзный член семейства, не считая Наташу, превратился в такого весельчака, будто груз с себя сбросил и преобразился. Так ещё и гость уже ввёл себя непросто свободно, а унижал Гришку, прямо у всех на глазах, хоть и в шуточной форме, чего они делали крайне редко, и вызывал сдержанные улыбки. А тот потом, ничуть не смутившись, сразу, как только взглянул на прибывших, обратился к хозяйке, которая крылья не успела опустить после приземления:

— Блин, Наташ, ты, пожалуйста, повоспитывай своего муженька, а то у него детство в заднице всё ещё играет! — драконица усмехнулась и посмотрела на Гришку.

— Не лепи горбатого! — осознав, что сталкер-то представляет его в дурном цвете перед друзьями, Гришка тихо шлёпнул того по лицу хвостом.

— Б****, — огрызнулся тот, — Грех, ты задрал меня, я…нет…всё, хана…я клянусь, обещаю, б****, когда ты ляжешь спать, я тебе этот хвост отрежу, сука! Меня ничто не остановит! А потом к тебе же в…одно интересное место затолкаю…

— Ой, ой, давай, давай, продолжай! — показательно отмахнулся он: — Все мы на словах Львы Толстые, а на деле…

Он замолчал на долгое время, явно не сообразив, как закончить предложение:

— Чё замолчал? — усмехнувшись, спросил Артём, когда окончание предложения не прозвучало спустя минуту.

— Да, он не придумал ещё, чё сказать? — сверля взглядом Гришку и почёсывая растущие усы, заявил нагло гость: — Нейронная связь резко перестала работать.

— Слышь, двуногий, молчи! — обиженный Гришка, пытался насолить Сене до последнего: — Комментарии твои не нужны!

— Хо-хо, как вы меня обидели! — чуть не заржал тот: — Ты понимаешь, что это равносильно тому, если бы я тебя обозвал четвероногим? Шутки про очевидность!

— Я…

— Ты помолчи, — Гришку заткнула Наташа, — тебя уже несколько раз переиграли, — гордо проговорила она, подойдя к супругу вплотную.

— Привет, — прикоснувшись к ней носом, Гришка любя поздоровался, — как день провели?

— С большой пользой. А вы, я смотрю, тоже весело провели время, — сказала она, посмотрев на Сеню, тот усмехнулся и отвернулся, поскольку детёныши, сидящие на спине Наташи, так сильно раскрыли свои глаза и продолжали держать их такими очень долго, что ему становилось не по себе.

— Свои приключения были, — проговорил Гришка.

— Пойдём, поговорить хочу, — сказала Наташа, направившись в пещеру.

— Так, — Гришка хотел уже направиться за ней, но решил что-то сказать друзьям, которые продолжали стоять и смотреть, — ну-у…ребят…я…

— Да иди, жена зовёт, — махнул рукой Сеня, убрав дрон в чехол, — Сами познакомимся.

— Ладно, тогда… — вновь растерявшись, он развернулся и направился за Наташей, — развлекайтесь…

— М да, — протянул Сеня, когда Гришка зашёл внутрь, — был пацаном, пацаном и остался, — после чего он повернулся ко всем четырём драконам, которые то переглядывались, то смотрели на человека: — Ну-с, чего замерли? Давайте знакомиться. Привет, Саш, — добавил он в конце.

***

— Наташ, — найдя супругу и детей на постельных местах, Гришка сразу обратился к ней, — что-то случилось?

— Нет, Гриш, — усмехнулась она, — просто было приятно увидеть тебя таким позитивным, а не строгим или просто добрым.

— Ну, столько событий. Я его так давно не видел.

— Не оправдывайся, я рада, что у вас такие хорошие дружеские отношения, — улыбнулась она.

— Спасибо, — он тоже улыбнулся и прилёг рядом, — как день прошёл? Лава? Дэгу? Что было нового?

Оба дракончика сразу подобрались поближе к отцу:

— Очень необычно, — сестрица, в один день узнавшая немало нового, сразу вырвалась вперёд, — пап, а почему ты мне раньше не показывал, как выглядят волчьи следы? Они такие смешные. Ещё мама показала, что пчёлки, оказываются, живут в таком домике на дереве…

— В гнезде.

— Да, да! Почему ты мне не рассказывал?

— Лава, не всё сразу.

— А мама почему всё сразу рассказала и показала? Это так интересно и весело!

Гришка посмотрел на довольную супругу, которая гордилась собой и своими детьми:

— Я думал, что всё сразу будет для вас сложно, а вы всё схватываете на лету. Молодцы. А ты что расскажешь, Дэгу?

— Да Лава уже всё рассказала, — не обижаясь, произнёс он, — я с мамой вчера и про растения, и про следы много узнал, так что сегодня не очень много нового было, — признался он, — повторял.

— Повторение — мать учения. Не унывай.

— Я знаю.

— Хорошо, — он посмотрел на Наташу, которая довольно улыбалась: — Наташ, у меня нет слов. Ты как-то быстро и очень умело всё им объясняешь.

— Опыт есть, — намекнула она на прошлую профессию, — в воспитании карапузов.

— Это уж точно, — кивнул он.