Перед рассветом - Арсений Дмитриевич Ляхов

— Нет уж. После меня. Мы договорились.

Он развернул голову и осмелился погладить новую знакомую по морде — та замурлыкала в ответ, потому что самой понравилось:

— Хорошо.

— Только, можешь мне хотя бы намекнуть, откуда ты узнала моё имя?

— Ладно, — выдохнула она, — скажем так, мой друг…мой супруг знал тебя ещё до ядерной войны…

***

А все эти часы, практически весь вечер, четыре самца наматывали круги по долинам, выискивая хоть какие-то следы деятельности человека в их районе, на их территории. Поиски проходили долго и старательно, драконы снижались даже к самым верхушкам деревьев, чтобы повнимательнее рассмотреть чащи. Однако, понятное дело, ничего не было. Мотоцикл, на котором первую половину дня ехал Дух, был далеко и надёжно спрятан. В долину, где располагалась деревенька, они не сунулись, многочасовые поиски и наблюдение были потрачены в пустую. Ничего, кроме бункера, где был пожар и раненый сталкер, не было найдено.

Когда уже совсем стемнело, а тучи шли фронтом за фронтом, будто гроза шла за грозой, как потоки авто на светофоре, большинство из четырёх драконов устало и желало повернуть домой. Но предводитель, а именно Григорий, не желал, ожидая наткнуться на что-нибудь, хотя и сам стал замечать приступы паранойи за собой.

Летели они не каким-то строем, а в разнобой на разных высотах и отдалении друг от друга, иногда выстраивались в линейку, но это было периодически и порой ненужно, помогало лишь в случаях более широкого осмотра ущелий, хоть и выглядело красиво.

Спустя ещё некоторое время, начали лететь просьбы:

— «Ребят, мы уже семнадцатый круг делаем над долинами. Пора уже возвращаться. Стемнело».

— «Ты считал, Никит? Ясно, почему мы никого не нашли — кое-кто не тем занимался».

— «Иди на хрен, Тём».

— «Заткнитесь. Делаем ещё один круг».

— «Гриш, помягче, пожалуйста», — заметил Артём.

— «Если сломался — лети домой».

— «Нет, от меня так просто не избавишься».

— «Ребят», — молодой подлетел поближе и поравнялся с ними, — «Ну, мы правда до хрена уже осмотрели. Дальше только на север, к населённым пунктам, или на юг к бункеру».

— «Последний круг, на всякий», — успокоил того Гришка.

— «Лады».

— «Пока летим», — спустя несколько минут, нарушил тишину в эфире Артём, — «Гриш, может расскажешь на счёт того пацана?»

— «А что ты хочешь услышать?»

— «Ну ты ничего не выдумал, не померещилось? Это реально твой друг, с которым ты учился в школе в Москве?»

— «Не знаю, но рожа точно его».

— «Чего-то ты злой», — подметил Никита, за что получил кривой взмах хвостом от старшего — Гришка не попал.

— «Хе-хе, молчи давай», — усмехнулся Артём.

— «Это насилие над близкими!» — возмутился Никита, быстро отвернув в сторону, чтобы не получить.

— «Гриш, ты серьёзно на счёт пацана?» — снова спросил Артём.

— «Я уже ответил на вопрос», — холодно сказал Гришка.

— «Ну, тебе не кажется, что от Москвы до сюда, как-то далековато?»

— «Он жил на Урале на тот момент. Уехал из Москвы на лето».

— «А, ну тогда ладно, намного ближе».

— «Всё, заткнись».

— «Ребят», — дал о себе знать Вова, — «Ветер усиливается, может грозу на нас нагнать. Пора сваливать».

— «Сейчас уже летим. Достали!»

— «Вы кто-куда, а я домой», — проговорил Никита, повернув в сторону шахты.

***

Тем временем в «драконей» шахте.

Беседа растянулась на полчаса. Наташа добилась своего и узнала всё то, что её интересовало, правда со слов Сени всё оказалось неоднозначным по поводу ситуации в мире, но и то, что было, уже рисовало картинку. В слова верилось. Парень рассказывал события за эти годы и нынешнее устройство однотонно и спокойно. Не было паники или сопереживания, просто обыденность, неуверенность, расстройство и доля ненависти. Больше всего понравилась биография за последний год, поскольку случилось много приятных событий для него, что подтверждал его тон, из-за чего воспринималось всё живее. Стало ясно, как он живёт, чем занимается, что затратили на постройку своего передвижного дома. Также порадовало, что жизнь и развитие кое-как продолжается, что подтвердили электронные гаджеты, которые тот показал, когда попросил свой рюкзак. Всё работало исправно, взрыв и падение не повредил их, поскольку те были упакованы поглубже. Хоть Наташа не очень в этом разбиралась, но у неё случилось чувство ностальгии при виде всего этого. Сталкер, был не против перекусить своим провиантом, а именно сушёным мясом, которое и дракониха попробовала на языке — было вкусно, но по-другому, необычно. В рассказы верилось с каждой минутой, потому что парень это всё подтверждал своим имуществом, однако дракониха слышала по некоторым паузам и движениям глазами, что он не договаривает, и причём много не договаривает, но пока лучше не душить парня этими секретами. Тот совсем недавно отошёл от кровопотери, и ему банально требовались приятное окружение и тепличные условия. Важно оставалось найти его подружек и спросить уже их по этому поводу, после чего уже можно окончательно понять, что тот врёт или нет. Чтобы быть честной, Наташа сама рассказала самые важные и яркие события ему, благо их было в разы меньше и рассказ не тянулся так долго, как у него.

— Ну, вот, как-то так, Наташ, — парень развёл руками, — поэтому нас трое здесь, а не все двадцать с лишним. Дальше мы просто разделились, ну а про остальное — ты знаешь.

— Тяжело вам пришлось. Даже не знаю, что страшнее, смерть или такая суровая и непосильная жизнь…даже не жизнь, а попытки её удержать.

— Главное не потерять её. Я в бога не верю, считаю, что жизнь одна и другой такой не будет.

— Правильно. Жизнь ценить надо, — наступила минутная пауза, которую прервала Наташа вопросом: — Сень, меня кое-что смущает…

— Что?

— Я не хочу рушить наши отношения, тем более они не так давно начались, но я не могу понять… В общем, ты как-то просто принял меня, будто не в первый раз встречаешь что-то инородное…что-то загадочное…

— Ты права, — вздохнул он, — и лучше бы было, если бы вас только и встречал…

— Ну-ну, тише, ты заволновался опять. Что с сердечком-то?

— Да нормально всё с работой сердца, Наташ. Просто, ты не первый, так скажем, образец лабораторной деятельности советских научных кадров…

— Не томи, пожалуйста, — та заволновалась, — страшно становится.

— Да на Северном Урале, в ХМАО, лаборатории одни располагались. Через пару лет, после войны, у нас тогда уже была команда и ресурсы более-менее, оттуда стали поступать сигналы о помощи. Ну мы, молодые романтики, пережившие апокалипсис, давай туда гнать.

— Ну и?

— Да ничего. Ты когда-нибудь видела таракана? Видела, отвечать не надо. Так вот, представь этого же таракана, только с