«Я – АНГЕЛ!». Часть третья: 'Клякса бифуркации' - Сергей Николаевич Зеленин

Не удержался, купил около пяти тонн и, поручил упаковав в деревянные ящики, отправить вместе со всем «хабаром» в кабине одного из грузовиков.

Кроме того, чисто случайно попались мне на глаза нутрии — чудного вида зверьки родом из Южной Америки. Слышал про них такое: питаются камышом и прочими водорослями (а такого добра в Нижегородской губернии — с её реками, речушками, озёрами болотами, хватает), плодится как перепуганная и, при забое кроме отличной шкурки — выдаёт пять-шесть килограмм диетического мяса. И, при этом не дохнет от каждой мимо пролетающей бациллы, как кролик…

— Берём, берём!

Нашёл специалиста, через которого закупил целое стадо этого зверья в клетках и подрядил того сопроводить его в Ульяновск и научить местных зоофилов… Ээээ…

Научить ульяновских звероводов их правильно содержать и разводить по всей науке.

Напоследок заехал на склад и, буквально «на сдачу» — купил французскую военную форму с обувью, как новую, так и ношенную. Комплекты не считал — брал «на вес». Ну, чисто чтоб не везти грузовики с пустыми кузовами.

* * *

Конечно же, возникает множество «неудобных» вопросов.

Как перевезти всё это добро в Советскую Россию?

Обыкновенно: зафрактованным пароходом по морю. Конечный путь назначения — Ленинград, где у меня уже имеются нужные «подвязки».

Как оформить? Или, простому советскому гражданину, не обременённому властными полномочиями — не возбраняется скупать автомобили целыми парками?

А я ничего не скупаю!

Всё это добро, купил на свои собственные «тугрики» Иохель Гейдлих — гражданин САСШ и заодно владелец американской фирмы Дом одежды «Montana». Затем из порта Марсель, всё это добро будет перевезено на зафрактованном пароходе в свободную экономическую зону Гамбург — где будет по всем правилам переоформлено на организацию «Международная рабочая помощь» Вилли Мюнценберга. Последний же, не разгружая — на том же пароходе перевезёт это добро в Питер и, тут же передаст его промышленно-торговому кооперативу «Красный рассвет». Безвозмездно — то есть даром.

Подарок от германского пролетариата — советскому!

Товарищ Красин обещал всяческое содействие в оформлении соответствующих документов.

По морю в Ленинград? При условии блокады? Когда суда идущие в СССР останавливают и досматривают?

Из свободной экономической зоны — порта Гамбург, зафрактованное судно пойдёт в порт Таллин. А там проплыть лишнюю сотню миль… Про «эстонский транзит» слышали?

Советская таможня «даст добро»?

А куда она денется? Международная солидарность трудящихся — это святое, грязными лапищами не трожь!

Да, к тому же — подарки же, как известно налогами не облагаются.

Такие вопросы задал мне Иохель Гейдлих и, в конце немного запаниковал:

— Ты предлагаешь мне заниматься контрабандой?

— Я предлагаю тебе делать деньги.

— Это рискованно, Buddy

— Люди делятся на две категории: одни рискуют, другие работают на тех — кто рискует. Ты к какой из них себя относишь, Бро?

Молчит… Прямо беда с этими евреями.

— Хорошо! Если сам не хочешь рисковать — найди того, кто этим живёт.

— … ???

— В Марсельском порту, я думаю — полным-полно парней, готовых рискнуть за небольшое вознаграждение. А ты, типа пассажир — вообще ни при делах.

— «Небольшое»? Это есть приличный деньги, Серафим. Кто будет платить?

Тяжело вздохнув, я:

— Тогда давай запатентуем во Франции, Америке и других странах 20-ти литровую канистру с тремя ручками, Бро. Все деньги — твои.

— Ни есть мал?

Вылезшая из тёмных закоулков моей грешной души «жаба», завыла зимним волком:

— УУУУ, ГНИДА ПИНДОСОВСКАЯ!!!

Но я её задавил, сцаным веником загнал на место и, тяжело вздохнув:

— Хорошо! Тогда, патентуем ещё запасное колесо в багажнике, механизм открытия багажника автомобиля из салона… Чё молчишь, кровопивец?

— Ok, buddy! Я буду делать фракт судна — даже если придётся брать банк.

— ЧТО⁈ Ты что, империалист куев? Меня на гоп-стоп подписываешь?

— Кредит у банк.

— Фффуууффф… Слушай, Бро! Ты меня так больше не пугай.

* * *

Раз транспортный канал почти в кармане, почему бы не подзаработать на нем дополнительно?

— Максим Семёнович! — спрашиваю как-то своего бухгалтера-переводчика, — напомните мне, когда Вам на пенсию?

— Этой осенью.

— Так рано?

Старикашка то — ещё довольно бодрый!

А подсади его на «Пролетарскую стойкость» — глядишь и по борделям, как удручённый сперматоксикозом шестнадцатилетний гимназист забегает.

Наводящий на деловые подвиги вопрос:

— Вы сильно торопись на Родину? Семья, жильё, достойная пенсия за выслугу лет — всё там имеется?

Только рукой махнул:

— Да, какой там… Приютят в какой-нибудь богадельне — в «собесе», то есть и, на том мерси.

— Понятно.

Тут же вспомнились ильфо-петровские «12 стульев», 2-й дом Старсобеса и его завхоз — «голубой» воришка Альхен и, мне стало чисто по-человечески жаль старика.

— Тогда, может — подзадержитесь в Париже на годик-два? Чтоб так сказать — дополнительно заработать на обеспеченную старость?

Задумывается:

— «Задержаться» то, в принципе можно… А как «подзаработать»? Французам, ныне и самим — не слишком сладко живётся.

Действительно, за время Великой войны «Третья республика» нахваталась долгов и экономическое положение в ней — немногим лучше, чем в обязанной выплачивать репарации Веймарской республике.

— А давайте вместе с Вами вместе подумаем-посоображаем. Например, откроем небольшую фирму по переправке личного имущества сотрудников Посольства в Россию, или ещё в какие другие страны.

Подумали-посоображали мы с ним и открыли фирму «Берёзка» на подставное лицо!

* * *

Пока туда-сюда, за оставшееся время до конца «командировки» — по собственным наблюдениям да по разъяснениям Максима Семёновича, нашёл ответ на вопрос — мучивший меня почти с самого момента приезда: а «чем они тут в посольстве занимаются»? Вернее, в торгпредстве при Советском посольстве во Франции: по количеству персонала — превосходящему все остальные структуры этой дипломатической миссии.

Как и в Берлине, в Париже полным-полно «наших»: эмигрантов или даже командировочных из Союза — по каким-то официальным или «неофициальным» делам здесь долго проживающих и вполне освоившихся в местной среде обитания. Наиболее ловкие из них придумали весьма простую — но довольно эффективную схему изымания лишней валюты у первого в мире государства рабочих и крестьян, которое как известно — «не обеднеет». Пользуясь тем, что НКИД — составы иностранных дипломатических представительств тусовал как укуренный до зелённых соплей катала карты в игральной колоде и, недавно обосновавшиеся здесь торговые агенты торгпредства — плохо разбирались в местной конъектуре, они напрашивались в посредники между ними и французскими фирмами и, в